Книга (Не)идеальная девочка, страница 23 – Настя Мирная

— Сиди здесь, сейчас вернусь. — кричит Заболоцкая на ходу, хлопая дверью.

Я и не смогла бы никуда пойти, потому что приступы неконтролируемого смеха накатывают на меня волнами. К тому моменту, как возвращается Вика, болит уже не только живот, но и лёгкие. Она суёт мне в руку пластиковый стакан с какой-то жидкостью и приказывает:

— Пей!

Без лишних вопросов выливаю в горло всё его содержимое и тут же начинаю давиться, разбрызгивая капли пойла и слёзы.

— Что там было? — с трудом хриплю, продолжая кашлять.

— Сок с водкой. — разрезает так спокойно, будто воды принесла.

— Ты свихнулась? — прорезавшийся голос сразу берёт повышенные. — Я же не пью!

— Не пьёшь. — подтверждает спокойно. — А ещё не одеваешься, как…

— Шлюха? — подсказываю участливо.

— Как будто тебе стоп-кран сорвало. Что происходит, Настя?

— Видимо, не только стоп-кран, но ещё и крышу. — развожу руками.

— Это всё из-за Северова? — её голос звучит спокойно, хотя ей не удаётся скрыть сквозящее напряжение. — Из-за него ты так оделась? Чтобы заметил? Или сразу свихнулся? — не выдерживая, выдаёт улыбку.

— Театр для одного актёра. — улыбаюсь в ответ. Внутри отчего-то становится тепло, и вся эта ситуация уже не кажется такой страшной. — Типа пофигу на всех, и на него в том числе. Сама говорила. Помнишь?

— А вот теперь с самого начала и по порядку.

Спустя минут двадцать заканчиваю рассказ и поднимаю голову от ковра, который с таким увлечением на протяжении всего повествования разглядывала. Отчего-то было страшно смотреть подруге в глаза. Всё ждала, что она осудит. Особенно, когда дошла до того момента, где не только говорила о том, что чувствовала, пока Артём меня обнимал, но и том, чего хотела. Слова лились из меня неконтролируемым потоком, а сейчас совсем не по себе стало.

— Ну ни хрена ж себе! — ошарашенным голосом шелестит Заболоцкая. — Охренеть не встать!

Только сейчас смотрю на неё и тут же прыскаю со смеху. Она выглядит так, словно у неё глаза сейчас из орбит вывалятся.

— Осуждаешь? — задаю мучающий вопрос.

— В своём уме, дура? Я за тебя рада! Нет, не так! Я тобой горжусь! Наконец ты перестала прятаться и вытащила голову из задницы, в которую тебя запихнули твои предки-диктаторы. Этот успех надо закрепить! — подскакивает на ноги и хватает сумочку. — Так, что тут у нас? Блин, только помада с собой.

Молча открываю свою и вываливаю набор косметики, прихваченный из дома.

— Вот теперь другое дело. — принимается за мой макияж. А я молюсь, чтобы она не переборщила. — Сейчас сделаем из тебя красотку. У Северова челюсть отвалится. Весь пол слюнями затопит. Ну, не то чтобы он и раньше их на тебя не пускал, но сейчас… К такому наряду нужен соответствующий макияж.

— Только клоуна из меня не сделай, — смеюсь, — а то знаю я тебя.

— Расслабься. Немного подводки. Таааак, здесь затемним. Растушуем. Карандаш. Закати глаза вверх. Вот так. Умница. Помада и… Готово! — радостно хлопает в ладоши и отступает на шаг.

С трудом заставляю себя взглянуть в зеркало и застываю. Мне реально нравится то, что я там вижу. Да, тёмные глаза с аккуратными широкими стрелками и красная помада делают меня на пару лет старше, но, надеюсь, результат того стоит.

— Офигеть! — всё, что мне удаётся выдавить.

— Не нравится? — тут же расстраивается подруга.