Книга Моя идеальная, страница 177 – Настя Мирная

Восемь дней горя.

Восемь дней отчаяния.

Восемь дней ужаса.

Восемь дней холода.

Восемь дней надежды.

С самого утра мы с Тёмычем торчим в отцовском кабинете, отправляя запросы во все больницы. Поисками в моргах занимаются другие люди, потому что никто из нас не готов услышать: найден труп, подходящий под ваше описание.

Надежда угасает с каждым звонком, но мы не сдаёмся, продолжая упорно обрывать телефоны и факсы.

— Я за кофе. — поднимаюсь, разминая затёкшие от многочасового сидения мышцы. — Тебе принести?

Северов молча кивает, глядя в монитор ноутбука. Весь день подмечаю, что он не переставая сжимает и разжимает кулаки.

Я, блядь, просто не знаю, что ещё можно сделать, чтобы он не натворил дерьма.

Уговорил отца подключить нас к расследованию, только чтобы не свихнуться к чертям собачьим.

Ставлю перед приятелем пластиковый стакан и распахиваю окно. Закуриваю прямо в кабинете. Вообще-то батя за такое мне шею свернуть должен, но сегодня он уехал в Карелию, чтобы лично переговорить с высокими шишками и ускорить поиски. Север молча забирает у меня пачку и вставляет между губ сигарету, но так и не подкуривает.

— Долго мусолить её собираешься? — толкаю, косясь на приятеля, когда тушу свой окурок и выбиваю новую сигарету.

— Я собирался бросить. — отвечает хрипом. — Ради неё. — забирает у меня из рук сигарету и подкуривает от неё. — У меня нет сил бороться дальше. Не знаю, на сколько меня ещё хватит.

— Блядь, брат, не опускай руки. — бомблю в ответ на его признание, цепляя взгляд. — Ты сам сказал, что Настя в Карелии. Не знаю, как у вас это получается, но ты же чувствуешь, что она жива. Вы будто связаны.

— Нет никакой связи, Антон. Только оставшиеся крупицы веры, но и её скоро не останется.

* * *

Девять дней…

Девять дней смерти.

Девять дней тающей веры.

Девять дней тлеющей надежды.

Девять дней истекающих кровью сердец.

Девять дней до конца.

— Ни одной ёбаной зацепки за девять дней! — взрываюсь, хлопая крышкой ноута, когда прилетает очередной «тупик».

— Успокойся, Антон. — спокойно просит отец, поднимая глаза от своего компьютера.

— Как я могу успокоиться, папа?! Она будто сквозь землю провалилась! Ни живой, ни мёртвой нигде нет! — ору, скрипя зубами.

Мои нервы на пределе. Даже я уже теряю эту сраную веру.

— Антон…

Вылетаю за дверь просто потому, что уже не могу слушать его увещевания. Мы все понимаем, что нам остаётся искать только труп, но как, сука, сказать об этом Северу? Как сообщить, что девушки, ради которой он готов был на всё, больше нет в живых?

— Где же ты, Настя? — шепчу, поднимая глаза к небу, с которого бесконечно льётся дождь. — Где ты? Дай хоть какой-то знак.

Уже ночь. Тёмыч уехал час назад с потухшими глазами. Ещё немного и сдастся не только он, но и все остальные.

Запрыгиваю в тачку и еду к Вике. Не знаю, что мне это даст, но я должен её увидеть.

— Антон. — выдыхает, открыв дверь, и бросается на шею.

Обнимаю, а она заливается слезами. Заглядываю в глаза, но и в них нет никакой надежды.

Ухожу спустя пару часов, потому что заебался слушать, как она с матерью только и повторяют о том, что даже хоронить нечего.

Сука! Почему никто не верит в то, что эта девчонка не могла просто позволить себя убить? Почему все сдаются? Почему они все ломаются?