Книга Моя идеальная, страница 135 – Настя Мирная

— Разве не рано, Тём? Сотрясение и ушиб лёгкого — не шутки.

— Малыш, если я в состоянии трахать тебя сутки напролёт, то и на занятия могу ходить. — бомбит со своей мальчишеской ухмылкой.

— Ты, Северов, невыносимый! — краснею, смеясь.

— Угу, невыносимый. А ещё чертовски влюблённый. Дьявольски голодный. И пиздец какой возбуждённый.

— Северов… — рычу предупреждающе.

— Насть, я два года хотел тебя. Ты же не думаешь, что сейчас меня способно хоть что-то остановить?

— Тём, у меня и так всё болит. Дай хоть передохнуть немного. — не сдерживаю счастливой улыбки.

— Часа четыре тебе хватит? — ржёт мой любимый невыносимый засранец.

— Я тебя, Север, прикончу.

— Только если будешь при этом сверху. — хрипло смеётся, прижимая меня к себе и целуя через консоль, пока стоим на светофоре.

Пока Артём на процедурах, звоню Заболоцкой.

— Привет, Вик. — здороваюсь, как только берёт трубку.

— Привет. Ты как? Норм всё?

— Да, отлично. Послезавтра с Артёмом на учёбу возвращаемся.

— Антон говорил, что он всё вспомнил. Реально всё?

— Да, Вик, всё-всё. И у нас всё замечательно. Просто хотела предупредить тебя, чтобы ты не волновалась. Вы с Тохой здорово меня поддерживали всё это время, поэтому хочу сказать спасибо и пригласить вас куда-нибудь завтра вечером. Вы как?

— Спрошу у Антона, но, думаю, он не против будет. Сам весь извёлся. Мы оба за тебя переживали.

— Только за меня? — спрашиваю с коротким смешком. — Кажется, это не у меня с головой проблемы были.

— И за Северова, конечно, тоже, но тебе сложнее было, чем ему. — отбивает подруга.

Забиваю лёгкие кислородом и говорю:

— Мне было очень тяжело, но теперь всё отлично. Мы пережили это. — гулко выдыхаю и сменяю тяжёлую для меня тему. — Можно я к тебе сегодня за конспектами заскочу?

— Без проблем. Только я вечером к Антону еду. Возьму с собой.

— Ммм… На ночь? — тяну томным голосом.

— Ага, на ночь. Ты даже не представляешь, что он в постели вытворяет.

Знала бы она, что вытворяет мой парень, сейчас бы меня с потрохами сожрала.

— Не знаю и знать не хочу. — отрезаю, хохоча. — Мне подробности вашей сексуальной жизни не нужны. Своих хватает.

— А вот с этого момента поподробнее. — тут же цепляется за мои слова.

— Ну уж нет, Викуся. Не дождёшься. — продолжаю смеяться. — Короче, на созвоне.

— Эй…

Сбрасываю звонок раньше, чем меня накроет шквалом вопросов, не переставая растягивать рот в счастливой улыбке.

На самом деле мне очень страшно, потому что как только я становлюсь счастливой, обязательно происходит что-то плохое. Сердце болезненно сжимается при мыслях обо всём, через что нам пришлось пройти. И почему чувство такое, что это ещё не конец?

Убеждаю себя в том, что дело только в моих страхах, а не в интуиции, которая никогда ещё меня не подводила.

Набираю Артёма, потому что нахождение в вестибюле больницы вызывает странное сосущее ощущение под рёбрами.

— Что случилось, малыш? — обеспокоенно спрашивает Тёма, едва ответив.

— Ничего. Соскучилась. Можно к тебе? — отзываюсь, стараясь избавиться от чувства дежавю.

— Третий этаж. Процедурная. — отбивает ровно.

— Иду.

В палату захожу без стука и тут же щёлкаю челюстями. Вокруг моего жениха вертится та самая медсестра, которая бесила меня одним своим видом, когда я приезжала к Северову. Слишком короткий халат. Чересчур глубокое декольте. Гортанный смех. Сжимаю кулаки от желания укоротить ей шевелюру до блестящей лысины.