Книга Дикарка для Хулигана, страница 36 – Настя Мирная

— Только после ещё пары стаканов. — отказываюсь, тряхнув головой.

На танцполе мы в итоге оказываемся после трёх бокалов. Держимся ближе к столикам, следя, чтобы никто не занял наше место или не спёр вещи.

Народу море, но это не мешает мне делать вид, что я одна посреди площадки. Не знаю, что на меня так действует: алкоголь или решение раз и навсегда отпустить Егора. Но я ощущаю себя нереально лёгкой, счастливой, сексуальной, свободной.

Все попытки друга взять меня за талию или за руку, пусть даже ради танца, пресекаю на корню.

Не то чтобы мне были прям противны его прикосновения. В конце концов, он же не целоваться ко мне лезет, просто не хочу, чтобы он меня лапал.

Когда клубняк сменяется на медленную музыку, принимаю решение отдохнуть от бешеных танцев и приговорить ещё один коктейль, но тут мне на талию сзади ложатся мужские ладони.

Ну всё, это последняя капля. Я не хотела терять его дружбу, но раз он не понимает, то придётся поставить его на место своим излюбленным способом, то есть вмазать.

Резко разворачиваюсь, одновременно срывая с себя его руки, и задыхаюсь.

— Пиздато двигаешься, Дикарка.

---

СЛР — садистское личностное расстройство.

ССР — сексуальное садистское расстройство.

Так не бывает

Глядя в лицо Егору, не могу выдавить ни слова. Внутри всё замирает. Сердце, дыхание, кровь в венах. Даже мысли разлетаются миллионами осколков. Ни тело, ни мозг не выполняют возложенных на них функций. Я тупо висну, открывая и закрывая рот, потому что мне хочется так много ему сказать, но я просто не знаю, с чего начать.

Да и как это сделать?

Зачем он подошёл ко мне, если сам велел держаться от него как можно дальше? Это же он ушёл. Сам. Я хотела, чтобы он остался. Мне было плевать, что он может сделать мне больно, но он принял другое решение. Даже спустя время моё мнение не изменилось. Я готова была рискнуть. И сейчас тоже…

Он мог уйти раньше. После звонка Андрею. После того, как я обработала его спину. После моей неудавшейся попытки его поцеловать. Он мог выбрать любой из этих моментов, но вместо этого ждал, пока у меня не останется шансов на нормальную жизнь. А потом он просто исчез, оставив меня самой разгребаться со своими чувствами и подбитым сердцем.

Раньше я всегда смотрела людям в глаза, а сейчас мой взгляд застывает на его поджатых губах, превратившихся в тонкую полоску. Я не могу заставить себя взглянуть выше. Не могу снова захлебнуться в этой проклятой бирюзе. Я не могу поддаться его гипнотическому воздействию.

— Что ты здесь делаешь, Ди? — его голос вибрациями идёт по моему телу и нервам, вызывая пламенных мурашек и волну жара, сползающую вдоль позвоночника.

Будто и не было этих месяцев.

Вот только они были. Восемьдесят семь дней, о которых я не должна забывать.

Эта мысль поднимает уровень злости до красной отметки.

— То же, что и все остальные. — отбиваю, разворачиваясь, чтобы уйти, потому что меня разрывает между желанием расквасить ему нос и броситься на шею.

Парень ловит моё запястье. Зло выдёргиваю руку, но он усиливает хватку, не позволяя мне этого сделать.

— Какого хрена, Ди?! — рычит, прибивая меня тяжёлым взглядом.

— Что, Егор?! Я в ночном клубе! Пью и танцую! Допрос окончен?! — прожигаю его яростью, которая закипает внутри.