Книга Дикарка для Хулигана, страница 344 – Настя Мирная

— Спад сексуальной активности может быть связан с бытовыми проблемами, которые начинаются при совместном проживании.

Рвано выдыхаю и отпиваю кофе. Прикрыв глаза, выдавливаю сквозь стянутые челюсти:

— У нас всё хорошо во всех смыслах. Просто меня бесят её братья.

Дианка, как всегда, ждёт в коридоре, пока Николаевна выедает мне мозги. Как только открываю дверь, сразу на шею бросается и с трепетом целует. Оборачивая руками талию, углубляю поцелуй. Постоянно так делаем после мозгоправа.

— Как прошло? — спрашивает Ди, разрывая контакт.

— Как всегда. — переплетаю наши пальцы и шагаю в сторону выхода. — От неё я выхожу ещё злее, чем до неё. — смеюсь, глядя на то, как Диана сдерживает свой смех. — Сессию закрыла?

— Конечно. Всё сдала. Никаких долгов, так что можно со спокойной душой идти на заслуженный отдых. А ты? Всё закрыл?

— А ты сомневалась в своём Хулигане? — отбиваю, продолжая ржать.

— Ни секунды. — растягивает губы шире, останавливаясь и таща меня на себя. Поднимаясь на носочки, обжигает дыханием губы и прикусывает подбородок, от чего по моей коже разгоняются мурахи. Тащусь, когда она это делает. — С работой тоже закончил?

— Да, Диана. Пару дней на отдых и поедем в Питер.

В последнее время мы реально были загружены. Дианка готовилась к сессии, а я, помимо собственной учёбы, писал курсовые на заказ. В этот раз взял работы больше, чем раньше, чтобы не думать о деньгах, а просто наслаждаться жизнью.

Только дома удаётся прочувствовать всю полноту начавшихся каникул. Спим с Дианкой до обеда. По часу валяемся в кровати. Ничего не делаем, даже не готовим, заказывая еду из кафех. В первый же день каникул весь день смотрим фильмы, уничтожая пиццу и картошку фри, а потом лениво занимаемся любовью, зная, что нет никакой спешки, а её церберы сегодня не заявятся.

На второй день катаемся по городу, покупая новогодние подарки для всего семейства Диких. Впервые за много лет я кайфую от предпраздничной суеты и украшенных магазинов и улиц, глядя на светящуюся от восторга Дикарку.

— Я обожаю Новый год. — хохочет она, разглядывая в витрине магазина увешанную игрушками и мишурой ёлку. — Мы дома всегда ставим живую ёлку. Я так люблю украшать дом к празднику. — вздыхает расстроенно, потому что в этом году на украшение дома она не поехала, а у меня ни единого шара дома нет и покупать просто не было времени.

Обнимаю её затянутыми в перчатки руками, касаясь губами раскрасневшейся ледяной щеки.

— В следующем году будет тебе и ёлка, и гирлянды, и игрушки, и Дед Мороз со Снегуркой. Всё, что захочешь, малышка.

— Правда? — горит синими глазищами Дикарка.

— Правда. — толкаю, ухмыляясь.

— Обещаешь?

— Обещаю. — начинаю откровенно ржать, просто потому, что счастлив.

Сильнее сдавливаю её талию, отрываю от земли и кружу в воздухе, задыхаясь не только от смеха, но и от любви, которой во мне слишком много.

Потратив весь день и затарившись десятком пакетов, в которых лежат подарки не только для её семьи, но и свадебный подарок Артёму и Насте, сразу едем к Диким, которые устроили праздничный ужин специально для нас, раз уж на праздники мы с Ди уезжаем.

Нас встречают улыбками, объятиями и тёплыми словами. Даже такой нелюдимой сволочи, как я, становится в кайф вся эта возня с обнимашками и расцеловываниями тёти Наташи. Со смехом оставляю поцелуй на её щеке. Диана сразу выкладывает разноцветные свёртки под ёлку, раз сто напомнив братьям, чтобы не смели открывать до новогодней ночи.