Книга Дикарка для Хулигана, страница 260 – Настя Мирная

Растираю зудящие глаза и поднимаюсь. Сворачиваю ноги в позе йога и бездумно копошусь в содержимом галереи. Смотрю наши совместные фотки и видео. Блин, веду себя так, будто мы расстались и у меня ностальгия.

Что за глупости? Надо просто успокоиться.

Глубоко и медленно дышу носом. Сердечная мышца тарахтит где-то в груди, но будто не на своём месте. То в горле давлением убивает, то в животе, вызывая тошноту.

Слышу, как входит Северов, но не отрываю взгляд от экрана, делая вид, что пишу. Не хочу, чтобы он понял, как сильно меня это цепляет. Уже не раз говорил, что девственницы не должны себя так вести. В шутку, конечно, но сейчас от этого не легче. До меня и самой не доходит, почему я так стремлюсь избавиться от этой преграды. Что это между нами изменит? Ладно, если бы у нас дальше поцелуев не заходило, но нет же. Мы все границы дозволенного преступаем. Наверное, в душе я озабоченная проститутка с нимфоманией.

— Надулась? — сипит Егор тихо.

Качнув головой, смотрю ему в глаза. Красные, воспалённые, уставшие. Но за внешней оболочкой столько всего горит, что я начинаю задыхаться.

— С чего бы это? Я понимаю, Егор. Правда. Тебе лучше знать, что и как сделать. Я и так веду себя как какая-то маньячка. Если ты считаешь, что сейчас не время, то я тебе поверю. К тому же тебе реально вчера совсем плохо было. Просто, — не зная, как правильно подобрать слова, отвожу взгляд, — когда ты целуешь меня, когда обнимаешь, когда ласкаешь… В меня будто демон какой-то вселяется, и я не хочу, чтобы ты останавливался. Я не хочу, чтобы нас хоть что-то разделяло. Понимаешь?

В очередной раз и душу перед ним выворачиваю, и все желания и страхи вскрываю.

— Понимаю, Котёнок. Я тоже не хочу. — откидывает мой смартфон на тумбочку и усаживает верхом на себя. Ощущение твёрдой, горячей, подрагивающей плоти в промежности вызывает новый приток желания. — Как никто другой понимаю. И хочу тебя так, как никого никогда не хотел. Мы не заходим дальше, потому что я параноик. Слишком долго я воспринимал своё поведение и заскоки как должное. С одной стороны, я знаю, что в жизни больше не наврежу тебе. А с другой, всё равно боюсь, что мне сорвёт башню, но…

Обрываясь на полуслове, смотрит в стену.

Мы всегда спокойно разговариваем на любые темы, но не всегда это бывает просто. Знаю, что ему сейчас чертовски сложно, поэтому подталкиваю:

— Что, Егор?

— Что изменится за эти несколько дней? — прижимается ближе, касаясь своими губами моих. — Хватит мариноваться. Готова?

Воздух. Мне срочно нужен воздух. Но его нет. Я стараюсь дышать, но как только кислород попадает в горло, испаряется, не добираясь до цели. Дрожь набирает обороты.

Это случится? Сейчас? Он же не хотел. Почему передумал? А отчего мне так страшно? Я же сама его подбивала, а теперь превращаюсь в трусиху. Все слова Лики и Горы, а так же мои мысли сливаются в одно целое паническое настроение. Теперь уже и я думаю, что плохая идея заниматься сексом здесь и сейчас, но взгляд в его затуманенные бирюзовые глаза сметает всё на своём пути.

— Давно готова. — шуршу тихо-тихо, опустив веки.

И это не ложь. Я готова. А то, что меня нервной дрожью бьёт — не в счёт. Если я дам заднюю, то Егор остановится. Он никогда не станет на меня давить.

Гора с осторожностью целует меня, будто может этим спугнуть. Снимает мою и свою футболки. Скольжу ладонями по его телу. Обвожу синяк на плече, едва касаясь. От прикосновения к животу мышцы резко сокращаются, что выдаёт, какое влияние имеют мои действия на этого сильного, самоуверенного парня. Когда провожу по груди, ощущаю бешеное биение его сердца и слабую внутреннюю дрожь.