Книга Она - моё табу, страница 223 – Настя Мирная

Он отпускает меня и отступает на полшага.

— И чё с того? Боишься, что Крис побежит к нему? Ты такого мнения о моей сестре? — выбивает резко и зло.

— Не в этом дело. Я боюсь, что он не оставит её в покое. Я должен знать о нём всё. Любые рычаги давления. Кто он, кто предки, какие связи.

— Так, всё. — выставляет перед собой ладони. — Гаси свою ревность, Андрей, пока хуйни не натворил. Я тебе рассказывать нихуя не стану. Полезет к Крис — набьём ебало напару, но…

— После отмены помолвки он её изнасиловал. — выталкиваю, крепко зажмурившись.

— Ты что сейчас несёшь? Совсем ебанулся? — срывается на меня.

Я не сдвигаюсь с места. Распахнув глаза, встречаю его спокойно и хладнокровно.

— Шантажировал. Она ни в ментовку, ни в больницу не могла пойти. Никому не могла рассказать. Он выгнал её из собственного дома и страны. А потом заявился к ней и угрожал.

Выражение его лица мгновенно меняется. В мимике проскакивает понимание, вина, мука и ярость. Хорошо. Это мне и надо.

— Так скажи мне, Паш, на что ты пойдёшь ради семьи?

Он молчит. Но ответ я вижу в его глазах.

Савельскому не жить.

Пора сделать шаг

Проснувшись, первым делом нащупываю под подушкой телефон. Снимаю с зарядки и, жмурясь от ярких солнечных лучей, смотрю на время.

Неплохо поспала. Почти обед. Зато выспалась и чувствую себя просто замечательно. Давно я не встречала новый день с таким удовольствием. На экране высвечиваются четыре сообщения от Андрюши. Улыбка ползёт на лицо раньше, чем открываю первое.

Селфи. Судя по взъерошенному ёжику волос и покрасневшим глазам, он только что проснулся и сразу написал мне. И подпись: «Доброе утро, любимая моя девочка».

Прикрываю пальцами довольную улыбку и перекатываюсь на живот. Читаю остальные месседжи.

Андрей Дикий: Ты мне снилась. Как и обещала когда-то, жизни не даёшь.

Вот как значит?

Перекручиваюсь опять на спину. Задираю майку так, что она приоткрывает снизу ореолы сосков. Приспускаю трусики. Разбрасываю волосы по подушке и облизываю губы. Делаю селфи так, чтобы в кадр попала вся картина, но не отсылаю сразу, читая остальные сообщения.

Андрей Дикий: У меня сегодня ФИЗО, так как вчера прогулял, так что не знаю, когда выйду на связь. Не скучай, Манюня.

Следующее сообщение написано всего через минуту после прошлого.

Андрей Дикий: Позвоню или напишу при первой же возможности. Я тебя люблю. Целую. Везде. Итамтоже.

— Маньячело. — смеюсь тихонько, набирая сообщение и прикрепляя к нему фотку.

Крис Царёва: Писать «доброе утро» уже поздно, поэтому просто привет, любимый. Я только проснулась. Что снилось, не помню, но что-то очень приятное. Уже скучаю по тебе. Жду звонка. Люблю тебя и целую. Везде. И там… НЕТ!

— Вот так, извращенец! Получай. — шепчу ехидно, сползая с кровати.

Принимаю короткий бодрящий душ. Чищу зубы и переодеваюсь во вчерашнее платье. В этом доме у меня осталась только старая одежда, так что выбирать не приходится. Заплетаю волосы в плотную косу. Делаю ещё одно селфи в зеркале и отправляю Андрею. Мурлыча себе под нос мелодию какой-то песни, направляюсь сразу на кухню. Как и думала, тётя Лиза под руководством их домработницы экспериментирует над очередным рецептом.

В детстве я могла часами наблюдать, как она хлопочет на кухне. А я сидела на стуле и представляла, как бы выглядела за готовкой моя мама, и впитывала ароматы. Тогда ещё они чаще всего были с примесью гари. Меня никогда не интересовала эта часть женской роли. Была уверена, что всю жизнь на меня будут работать люди, обеспечивающие уют, комфорт и вкусную еду. Но теперь этого всего не будет. Только я и Андрюша. И я должна научиться справляться со всем по хозяйству сама, без посторонней помощи. Дикий любит незамысловатую домашнюю еду, но это не значит, что я не должна научиться и чему-то более сложному и изысканному. Я хочу сделать это для него.