Книга Малая, я тебя испорчу, страница 162 – Настя Мирная

— Я не истерила! – кричит шёпотом, лицо покрывается красными пятнами. – Я ушла, чтобы не раздражать тебя!

— Вот этим и раздражаешь — чуть что, сразу убегаешь и прячешься!

— Отлично, Никита! Замечательно! Так и поступлю!

Выбегает с лоджии, а через минуту хлопает входная дверь.

— Сука! – скрежещу зубами и с размаху впечатываю кулак в раму. – Твою мать, Света, что ж ты вечно убегаешь?

На нервяке скуриваю ещё одну сигарету. Смотрю на тлеющий кончик и думаю, что скоро лёгкие выплюну с такими загонами.

Возвращаюсь в квартиру, без Светы ставшую холодной, пустой и неуютной. Может, она проклятая какая-то, раз отсюда все бегут? Мне почему-то тоже хочется вернуться к себе, а не торчать у брата. В конце концов, мой дом напротив, а не тут.

Беру в коридоре телефон и бреду на кухню. Наливаю в бокал вино и делаю большой глоток. Открываю список контактов, нахожу номер Светы и зависаю, не решаясь набрать.

Что я ей скажу, так ещё и на психах? Бешенство-то кипит в венах, подначивая высказать всё, что я думаю о её заскоках и страхах. Я же и правда ужом изворачиваюсь для неё, собственные привычки переиначиваю. А в ответ что? Ну да, всё движется к сексу, только я так не хочу. Не с задранной юбкой и в темноте. Я хочу увидеть свою девушку голой, открытой, полностью готовой. А не тупо утолить физические потребности.

Откидываю телефон на стол. Он проезжает по поверхности и со звоном врезается в тарелку. Опустошаю бокал и наполняю заново.

Просто выпить. Просто расслабиться и отключиться от всего. Остыть. Со Светой поговорю вечером. Или ещё лучше завтра.

Вино заканчивается слишком быстро, а желание нажраться только усиливается. И чтобы погасить его, плетусь в спальню и заваливаюсь на кровать. Рецепторов касается витающий в комнате запах возбуждения, секса и очередного облома. Утыкаюсь мордой в подушку и закрываю глаза. В сон утягивает быстро, но даже на краю сознания жду от Светы первого шага. Сука, хоть один раз пусть сама пойдёт навстречу. Я заебался за ней бегать и исправлять косяки за нас обоих.

Утром оказывается, что идти мне навстречу Малая не торопится. От неё ни звонка, ни сообщения. Обидел её, да. Но, блять, я просто высказал правду. Знаю, что дуется сейчас. Может, плакала ночью. Она же ранимая такая, хрупкая, а я накосячил.

Принимаю душ, отмечая, что ничего, сучка, не забыла. Ни одного повода мне, кроме как просить прощения, не оставила для приезда.

Рефлекторно разминаю пальцы, возвращая им привычную подвижность. Намеренно долго пью кофе и завтракаю вчерашним мясом. Даю Свете время понять, что мы не в одни ворота играем, и от неё тоже требуется участие в разрешении конфликта. Вот только она не торопится. Время переваливает за полдень — от неё ничего.

Вздохнув, мою посуду, вытираю стол. Тяну время, прекрасно зная, что действовать всё равно придётся.

Одеваюсь и пишу ей сообщение.

Я:Ты дома? Я заеду.

Принцесса:Дома, но приезжать не надо. У нас ничего не получается.

Я:Я приеду.

От злости скрежещут челюсти. Зараза, что же ты такая упёртая? Справимся мы, только время и терпение надо.

Что же творится у неё в голове? Почему отказывается делать что-то, чтобы сохранить наши отношения? Пусть она и не признавалась прямо, но ведь любит меня. Иначе не позволяла бы всё то, что я с ней делаю. Да и по глазам, невербальным знакам, откликам видно.