Книга Бывшие. Была и будешь моей, страница 62 – Катерина Коротеева

— Лиз, — тихо, но уверенно начал он. Его голос стал мягче, но от этого ещё более проникновенным. — Ты мне нравишься. Сильно.

Моё сердце замерло, а дыхание стало чуть неровным.

— Оскар… — начала я, но он мягко перебил:

— Я знаю, что ты относишься ко мне как к другу. Но мне этого мало.

Его пальцы чуть крепче сжали мою руку, но жест оставался бережным, тёплым. Он смотрел на меня, будто изучая каждую эмоцию на моём лице, и я чувствовала, как от его слов и взгляда внутри разливалось тепло.

Я сидела, будто прикованная взглядом Оскара, который всё время удерживал мою руку, при этом его глаза не отрывались от моего лица. С каждым словом его голос становился всё более нежным, а слова — более откровенными. Он не спешил, не торопил, а просто ждал. Это ощущение его полного внимания заставляло моё сердце тронуться.

— Ты необыкновенная, Лиз, — его голос звучал тихо, но я чувствовала, как в нём звучала искренность. — Я люблю тебя. С первого дня нашей встречи, с того момента, как ты зарядила мне хлесткую пощечину за невинный поцелуй…

Я не могла сдержать лёгкую улыбку, но, скорее всего, она выглядела растерянно.

— Ну, не такую уж и хлесткую, — не удержалась я, но Оскар лишь усмехнулся, словно это было не важно, и продолжил, будто не слышал моего замечания.

— Лиз, я понимаю, что тебе было тяжело после расставания с бывшим. Я понимаю, что ты больше никому не доверяешь. Но не все такие уроды и предатели, как он. Дай мне шанс доказать, что я другой. Я… Я буду другим для тебя.

Его слова, как тёплый ветер, проникли в мою душу, растопили что-то холодное, что ещё недавно блокировало все эмоции. Но вместе с этим теплом пришло нечто сложное и тяжёлое — страх, сомнение. Я не могла поверить в то, что он так искренне говорил. Не могла понять, как он может быть таким уверенным, ведь я не давала ему ни одного реального повода.

Он продолжал, и его взгляд заставлял меня чувствовать, как важно то, что он говорил.

— Мне ты сможешь довериться. Я не предам, не обижу, ни тебя, ни Матвея. Я готов взять ответственность за вас обоих, — его голос звучал с такой уверенностью, что это почти казалось обещанием. — Я буду о тебе заботиться, носить на руках, относиться к тебе так, как ты этого заслуживаешь. Мы просто обязаны попробовать, Лиз.

На этих словах я почувствовала, как ком в горле сдавил моё дыхание. Он говорил так искренне, что сердце билось быстрее, и я не могла понять, почему тогда в груди всё так тяжело. Глаза наполнились слезами, и я быстро зажмурила их, чтобы не выдать свою слабость. Но слова Оскара продолжали звучать в моей голове, как эхо, заставляя сжаться грудную клетку.

Он терпеливо ждал, его рука всё ещё не отрывалась от моей. Я чувствовала, как его пальцы мягко сжимаются, будто не давая мне сбежать от этих слов. Он не торопился, не спешил. Казалось, он хотел, чтобы я услышала и поняла всё, что он сказал.

Я открыла глаза и встретилась с его взглядом. Он не отворачивался, не скрывал эмоций. Это был взгляд настоящего, сильного мужчины, который, несмотря на всё, не боялся показать свою уязвимость.

Не боялся говорить со мной о своих чувствах и о своем желании стать ближе.

— Я… — я не знала, что сказать. Слова казались какими-то сумбурными и недостаточными, чтобы как-то внятно и правильно ему ответить. — Я не могу… не могу сейчас тебе ничего обещать, Оскар. Это… это слишком сложно для меня. Я не уверена, что готова.