Книга Лучшие бывшие, страница 95 – Лана Гетманцева

— И?

Видел, как дрожал её подбородок, а глаза наполнялись слезами.

— В тот день за рулем иномарки, подрезавшей Сергея Алексеевича, был Илья Вишневский, — наконец, сказал я.

Мне нужно было видеть её глаза, поэтому я остановил машину на обочине и повернулся в сторону Милы. Она сидела, обнимая себя за плечи и смотрела в окно.

— Посмотри на меня, — тихо попросил я.

Снежинка обернулась, а у меня сжалось сердце. Сколько боли было в этих прекрасных янтарных глазах. Не выдержав, притянул её к себе, и Мила уже больше не могла сдерживаться. Она разрыдалась в голос. Хрупкие плечи тряслись от рыданий, руки с силой сжимали мою рубашку, а голос срывался. Я гладил её по голове, и не мог больше ничем успокоить или как-то утешить. Не мог забрать себе её боль, хотя очень этого хотел. Всё, что было в моих силах сейчас — держать в своих объятиях, стать для неё спасательным кругом, чтобы она не утонула в собственном горе.

Она проплакала целый час. А когда отстранилась, то не смотрела мне в глаза.

— Мне очень жаль, — надрывно сказал я.

— Как ты узнал, что это Илья? — Голос охрип от рыданий.

— Подключил свои связи, — честно признался я.

— Зачем вообще ты полез проверять Вишневского? — вдруг спросила Мила.

— Разве это важно?

— Зачем? — не унималась Снежинка.

— Он поднял на тебя руку, я не мог спустить такое на тормоза.

— Рос, чего ты хочешь? Я не понимаю. Ты то ненавидишь меня, то ходишь за мной по пятам, то спасаешь от алкогольного отравления, то делаешь предложение другой. Теперь ещё это, — она тяжело вздохнула. — Чего ты добиваешься?

— Я люблю тебя, — произносить эти слова спустя пять лет оказалось так же легко, как в первый раз, когда я признался ей в любви. — Люблю.

— Но ты помолвлен, — упрямо заявила Снежинка.

— Это фикция. Только, чтобы не злить отца ещё сильнее. Крис подыграла, только и всего.

Правда легко срывалась с моих уст, ведь я был уверен, что теперь между нами всё наладится.

— Рос, — выдохнула она обречённо, — это не исправит того, что было.

— О чём ты?

— Ты любишь девушку, которую знал пять лет назад. Девушку, которая была готова слепо следовать за собой, теряла голову от твоих поцелуев и сходила по тебе с ума. Но её больше нет. Мы изменились, оба. Слишком много всего случилось, превратив пропасть между нами в огромный каньон.

— Что ты такое говоришь?

Я отказывался верить, что Мила действительно так думает.

— Пора взрослеть, Рос. Это не игра, где ты захотел — оттолкнул меня, захотел — пришёл обратно. Изменил мне, а потом признался в любви в надежде, что всё забудется. Я благодарна тебе за всё, но наши дороги должны разойтись.

— Снежинка, послушай, я…

Хотелось кричать и ломать всё вокруг. Но стоп! Она ведь не знает всей правды. О том, что пять лет назад всё было подстроено. Открыв рот, чтобы рассказать, тут же закрыл его обратно. Я дал слово сестре. Ксю просила пока не говорить Миле. Обещала сама ей рассказать, как только сможет. И я понимал её, но чёрт, мне-то что делать теперь?!

— Ты лучший, Бертов. Всегда им был, есть и будешь. И возможно, я сейчас делаю самую большую ошибку в своей жизни. Но ты мой бывший. Возвращаться к прошлому — плохая примета, потому что большая вероятность стать бывшими в квадрате. И второго раза я не перенесу.

Я не успел ничего ответить на этот бред, Мила стремительно выскочила из машины и унеслась прочь. Только успел заметить, как она вбегает в подъехавший к остановке автобус, и за ней захлопываются двери.