Книга В голове только шоколад, страница 153 – Катёна Спарк, Марина Рэй

— Представляю, – я улыбнулась, чувствуя, как щёки заливаются румянцем. – Он что, не мог просто написать?

— Написать? – она подмигнула. – Ну, знаешь, мужчины иногда стесняются. Даже когда уже всё серьёзно.

Андрей сзади хмыкнул, но благоразумно промолчал. Наверное, знал, что если откроет рот, я ему припомню все его романтические провалы.

В прихожей пахло хвоей и мандаринами. Я разулась, повесила куртку и прошла в гостиную. У окна стоял сам Илья в чёрной рубашке, с бокалом сока в руке. Он смотрел на меня так, будто я была единственным человеком в комнате.

— Привет, – сказал он тихо, когда я подошла.

— Привет, – ответила я, чувствуя, как внутри всё переворачивается.

Он окинул меня взглядом – от каблуков до макушки – и улыбнулся. Не той снисходительной улыбкой, которой он дразнил меня раньше, а такой… озаряющей.

— Ты такая красивая в этом платье, – сказал он, и в его голосе было только восхищение.

— Ты тоже ничего, – я хмыкнула, чтобы скрыть смущение. – Рубашку даже погладил, я смотрю. Это ты для меня или для мамы?

— Для тебя, – он сделал шаг ближе. – Мама меня и в мятой любит.

— Ладно, ладно, голубки, – вмешался Андрей, проходя мимо нас с бокалом. – Идите лучше помогите стол накрывать. А то родители уже заждались, пока вы будете друг на друга пялиться.

— А ты не ревнуй, – парировал Илья, не отводя от меня взгляда.

Гостиная была украшена с душой: наряжена ёлка с золотистыми и красными шарами, на столе – салфетки с оленями, на стенах – гирлянды с тёплым светом. Илья подошёл ко мне, взял за руку и повёл к столу.

— Садись рядом, – сказал он, пододвигая стул.

— А если я вам буду мешать, Илюшечка Дмитриевич? – спросила я, садясь.

— Ты сдурела такое говорить, – он наклонился к моему уху и добавил тихо: – Ты единственная, кому здесь разрешено мешать. И вообще, без тебя скучно.

— А вот это уже комплимент, – я улыбнулась.

— Стараюсь.

За столом собрались все. Моя мама разливала сок и шампанское, папа уже успел обменяться парой шуток с дядей Димой. Тетя Ира предлагала салаты и шутила, что детя опять сидят в телефонах (хотя у нас на столе не было ни одного гаджета).

— Ну что, молодёжь, – сказал дядя Дима, поднимая бокал. – За то, чтобы этот год стал для вас началом чего-то большого. И за то, чтобы вы всегда помнили: дом – это там, где вас ждут.

Я поймала себя на том, что смотрю на Илью, и внутри появилось странное, щемящее чувство. «Вот я и дома», – подумала я. И это было не про квартиру Орловых, это было про его присутствие рядом.

— Я предлагаю тост за любовь, – сказала моя мама, поднимая бокал. – Не за ту, что в кино, а за настоящую – тихую, тёплую, которая греет душу.

Илья взял меня за руку под столом. Его ладонь была сухой и тёплой. Я сжала пальцы в ответ, и он слегка погладил большим пальцем тыльную сторону моей ладони.

— А я предлагаю тост за то, чтобы мы всегда оставались друг для друга самыми важными, – вдруг сказал Илья, и все повернулись к нему. – Что бы ни случилось, мы знали: есть человек, который никогда не уйдёт.

— Красиво говоришь, – шепнула я.

— Учусь у тебя, – так же тихо ответил он. – Ты меня вдохновляешь.

— Смотри, не перехвали.

— А я и не хвалю. Я констатирую факты.

Андрей засмеялся и поднял бокал:

— За это, Илюха, выпьем.

Мы пили шампанское, ели салаты, смеялись над шутками нашего папы и дяди Димы, которые вдруг начали соревноваться, кто громче расскажет анекдот. В какой-то момент я заметила, как мама смотрит на нас с Ильёй с каким-то особенно тёплым выражением. Она не скрывала, что рада и от этого становилось ещё теплее.