Книга Принцип исключения, страница 87 – Алина Аркади

Отталкивая её, приложил немало усилий, чтобы запретить самому себе мечтать о нечто большем, чем примитивный секс, достающийся в современном мире слишком просто. Но мне мало тела Таси – я как последний эгоист хочу всё, что она мне обещала. Не говорила, но словно сдавалась без боя, предлагая тепло и свет, которыми готова делиться, не требуя ничего взамен.

— Она не для тебя.

— А для кого? Для какого-нибудь богатого хера? Сыночка одного из твоих знакомых? Примерного мальчика, который будет дышать по твоему приказу? – не замечаю, что срываюсь на крик в попытке придавить Парето каждым вопросом. – А если она хочет другого?

— Она не должна хотеть тебя. – Заключительный аргумент, который, по мнению Островского, должен отодвинуть меня от его дочери.

— Бытует мнение, что девочки останавливают свой выбор на мужчинах, похожих на отцов. Хорошая новость – твоя дочь поступила именно так, плохая – я похож на тебя больше, чем ты можешь представить. Она выбрала давно, независимого от твоих планов и расчётов, и даже я на этот выбор повлиять не смог. – Чёрт возьми, старался, но это Островскому знать не стоит. – Сейчас не время продолжать этот бессмысленный разговор. Есть проблемы поважнее.

Остужаю Парето, который всё ещё стоит на улице, докуривая третью сигарету и буравя меня взглядом. Давно не испытываю страха перед ним, готовый к любому выпаду, а именно сейчас отдам за Тасю всё, включая собственную жизнь. Он несколько минут решает, стоит ли идти одной дорогой со мной, но всё же садится в машину и откидывается на сиденье, приходя в равновесие.

— Есть идеи? – подаёт голос, не открывая глаз.

— Только одна: проникнуть в ресторан и поговорить с Тасей. С тобой Звон не связывался, значит, остаётся только одно: женить Лёню на твоей дочери, чтобы затем заполучить принадлежащее ей имущество. Просто и понятно.

— Где документы?

— По-прежнему у меня.

— Значит, что именно я на неё перекинул, он не знает?

— Нет, – качаю головой, присматриваясь к официантам, которые шныряют у заднего входа ресторана, выбегая на перекур. Появляется идея, реализовать которую я намерен прямо сейчас. – Я пошёл, – указываю на ресторан и после кивка Парето, оставляю его в одиночестве.

Глава 22

Спрятавшись в одной из кабинок туалета, жду, когда пацан, которому я вывалил значительную сумму, выполнит оговорённые условия. Проходит десять минут, прежде чем слышу цокот каблучков и несколько голосов, один из которых женский. Дверь открывается, и помещение наполняется людьми. Кто-то открывает кабинки, проверяя, свободны ли они, а когда ломятся в моё укрытие, слышу недовольное шипение Таси:

— Там занято. Непонятно? Это женский туалет. Оставьте меня одну.

Её приказу подчиняются, сквозь щель смотрю на мелкую, которая закрывает за охранником дверь, клацая защёлкой. Упирается лбом в стену, издав жалобный стон и нашёптывая нечто неразборчивое, но безумно тоскливое. Выползаю из укрытия, успев накрыть её рот ладонью, когда она вздрагивает от неожиданности, приготовившись испуганно закричать.

На дне серых глаз вспыхивают искры радости. Тася, сжимая пальцами ткань толстовки, притягивает меня и замирает, жадно глотая воздух. Её тело трясётся, но лишь потом понимаю, что тонкие плечики содрогаются от беззвучных рыданий. Заключив женское личико в ладони, сталкиваюсь с ней лбами, лишь сейчас рассмотрев красные и пустые глаза, которые медленно заполняются жизнью. Уверен, Звон сказал ей, что меня убили, а значит, она проливала слёзы по утерянной любви, вероятно, сожалея о моменте, когда видела меня в последний раз.