Книга Фиктивная жена. Настоящая опасность, страница 24 – Агнешка Пламенная

Он кончил следом, с моим именем на губах, и рухнул рядом, тяжело дыша. Простыни сбились, подушка сползла на пол, но нам было всё равно. Я лежала, уткнувшись носом в его плечо, и чувствовала, как его пальцы лениво перебирают мои волосы. За окном всё так же шумел дождь. В камине догорали угли. В доме было тихо.

— Ты — единственное, что имеет значение, — произнёс он вдруг, и его голос был тихим, но твёрдым. — Единственное настоящее во всей моей жизни.

Я приподнялась на локте и заглянула ему в глаза.

— Артём...

— Не говори ничего, — перебил он. — Просто знай.

Я кивнула и снова уткнулась в его плечо. Он поцеловал меня в лоб, и в этом простом жесте было столько нежности, что к горлу подкатил ком. Мы заснули, обнявшись, и впервые за долгое время мне не приснились кошмары.

Проснулась я от солнечного света. Он пробивался сквозь неплотно задёрнутые шторы, рисовал золотые полосы на смятых простынях. Артёма рядом не было. С его стороны подушка ещё хранила вмятину от головы, а на тумбочке лежала записка — тем же резким, летящим почерком, которым он когда-то написал условия контракта. Но теперь слова были другими:

«Вернусь вечером. Не выходи из дома. А.»

Я перечитала записку трижды и прижала её к груди, как сокровище. Внутри разливалось тепло. Всё менялось. Я чувствовала, как рушатся стены между нами, как лёд в его глазах уступает место живому огню. Теперь оставалась последняя преграда — злосчастная фотография, которую я так и не показала ему. Но я решила: сегодня вечером, когда он вернётся, я расскажу ему всё. Сама. Пока кто-то другой не сделал этого за меня.

День тянулся бесконечно. Я пыталась читать, потом спустилась вниз, поболтать с Машей. Она, кажется, что-то почувствовала — слишком уж лукаво поглядывала на меня, — но ничего не сказала. Только улыбнулась своей мягкой, понимающей улыбкой, от которой у меня теплело на душе.

Артём вернулся раньше, чем обещал. Я была в гостиной, перебирала старые чертежи отца, когда услышала грохот входной двери. Хлопок был таким резким, что я вздрогнула. И шаги. Не спокойные, размеренные, как обычно, а тяжёлые, быстрые, как перед бурей. Он вошёл в гостиную, и я сразу поняла: случилось непоправимое.

Он был в том же костюме, что и утром, но выглядел совершенно иначе. Лицо искажено яростью и болью. Глаза — холодные, чужие. В руке он сжимал конверт, и костяшки его пальцев побелели от напряжения. Он швырнул конверт на стол, и из него веером рассыпались фотографии, распечатки, какие-то скриншоты.

— Что это? — спросила я, чувствуя, как внутри всё холодеет.

— Это ты мне скажи, — процедил он. Голос — лёд. — Объясни мне, кто этот мужчина. И почему мой офис завален «доказательствами» того, что моя жена спит с кем-то за моей спиной.

Я бросила взгляд на фотографии. Та самая, которую показывал мне Олег. И другие — новые, которых я раньше не видела. На одной мы с незнакомцем якобы выходили из ресторана, на другой — стояли возле какого-то подъезда. Качество плохое, ракурс подобран так, чтобы выглядело интимно. И распечатки звонков — сфабрикованные, я знала это, потому что никогда в жизни не звонила по этим номерам.

— Это подделка, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Артём, послушай меня. Я знаю, кто это сделал. Это Игорь. Или твой отец. Они хотят нас поссорить.