Книга Пышка против регламента, или Боссу нельзя смеяться, страница 14 – Алекс Скай

— Продолжайте.

— «Пункт второй. Варвара Андреевна не перебивает Марка Романовича на встречах с партнёрами».

— Принципиально.

— А если вы говорите что-то, что превращает людей в мебель?

— Тогда вы фиксируете замечание письменно.

— Пока они становятся мебелью?

— После встречи.

Варя вздохнула и прочитала следующий пункт.

— «Пункт третий. Варвара Андреевна не спорит с Марком Романовичем при партнёрах». Понимаю. Спорить с вами можно только в специально отведённых местах.

— Да.

— У вас есть карта таких мест?

— Мой кабинет.

— Сурово. Я думала, хотя бы лифт.

— Лифт исключён после вчерашнего.

Она подняла глаза.

В нём снова было это едва заметное сухое веселье, которое Марк, похоже, признавать не собирался даже под угрозой полного очеловечивания.

— Ладно, — сказала Варя. — Что дальше?

— Читайте.

Она вернулась к листу.

— «Пункт четвёртый. Варвара Андреевна не использует в рабочих обсуждениях выражения, подрывающие управленческий авторитет Марка Романовича».

— Именно.

— То есть «ходячий регламент» нельзя?

— Нельзя.

— «Человек-файл»?

— Нельзя.

— «Гранит с календарём»?

— Тем более.

— Жаль. У меня была сильная подборка.

— Уничтожьте.

— Я гуманитарий. Мы ничего не уничтожаем, мы переносим в архив.

Марк протянул руку.

— Папку.

— Какую папку?

— С подборкой.

Варя невинно посмотрела на него.

— Марк Романович, я же сказала «архив». Архив — это концепция. Его нельзя просто так взять и потрогать.

— Плюшкина.

У неё снова ёкнуло что-то внутри.

Совершенно непрофессионально.

Нельзя было позволять одному слову, произнесённому низким голосом властного мужчины, так влиять на состояние рассудка. Особенно если это слово — твоя фамилия, а мужчина вчера лишил тебя половины премии. Но организм, похоже, решил, что жизнь без осложнений недостаточно интересна.

Варя опустила глаза к документу, чтобы Марк не заметил лишнего выражения на её лице.

Хотя он всё равно наверняка заметил.

— Здесь только ваши правила, — сказала она. — Это нечестно.

— Это мой проект.

— Это наш проект.

Он молча посмотрел на неё.

— Вы сами сказали, что я отвечаю за живой образ, — продолжила Варя. — А живые образы, знаете ли, не выращивают под стеклянным колпаком из пунктов и запретов.

— Что вы предлагаете?

— Добавить мои правила.

— Слушаю.

Варя достала из своей папки лист, который подготовила вчера ночью. Ну как ночью. Формально это был вечер. Практически — время, когда нормальные люди уже перестают проверять рабочую почту и начинают вспоминать, что у них есть личная жизнь. Варя личную жизнь вспомнила, посмотрела на неё, поняла, что там пустовато, и открыла ноутбук.

Она положила лист перед Марком.

— «Рекомендации для Марка Романовича Громова в рамках проекта “Человеческое лицо компании”».

Он взял лист.

— Вы тоже подготовились.

— Я предпочитаю входить в катастрофу с документами.

Марк начал читать.

Его лицо оставалось неподвижным, но Варя с удовольствием отметила, что на третьем пункте он задержался.

— «Пункт первый: не смотреть на людей так, будто они уже провалили задачу, но ещё не знают какую», — прочитал он.

— Очень важный пункт.

— «Пункт второй: не начинать каждое выступление с фразы “нам необходимо повысить эффективность”».

— Она звучит как приговор отделу маркетинга.

— «Пункт третий: хотя бы один раз в день быть похожим на живого человека».