Книга Пышка против регламента, или Боссу нельзя смеяться, страница 106 – Алекс Скай

Он не смотрел.

И всё равно она чувствовала его внимание.

— Он хочет поговорить после работы, — сказала Варя.

— А ты?

— Я тоже.

Лиза кивнула.

— Наконец-то фраза дня, от которой у меня не дёргается глаз.

— Но я всё ещё не решила, останусь ли.

— Из-за заявления?

— Из-за всего.

Лиза осторожно прислонилась к столу.

— Варь, тебя только что публично признали автором концепции, партнёры поддержали именно твою работу, Степан потерял влияние, Марк извинился действиями, пусть и в своей марковской манере. Это много.

— Именно, — тихо сказала Варя. — Слишком много. А теперь представь, что после всего этого я остаюсь, начинаю с ним отношения, и через неделю половина офиса говорит: «Ну понятно, повысили, потому что у них роман».

Лиза поморщилась.

— Половина офиса может говорить всё что угодно.

— Может. И будет. И я не хочу снова доказывать, что работа — моя.

— Ты уже доказала.

— Сегодня — да. А потом?

Лиза молчала.

Варя отвернулась к окну.

— Я не хочу, чтобы любовь стала клеткой, Лиз. Даже красивой. Даже с панорамным видом и генеральным директором внутри. Я слишком долго вылезала из роли удобной смешной девочки, чтобы теперь получить новую роль: женщина босса.

— Ты не обязана выбирать между карьерой и чувствами.

— Теоретически.

— Практически тоже.

— Практически людям проще верить в сплетню, чем в профессиональный рост.

Лиза вздохнула.

— Тогда пусть Марк сделает так, чтобы сплетня не могла заменить документы.

Варя медленно повернулась.

— Что?

— Ты слышала. У нас корпоративный мир. Здесь даже эмоции выживают лучше, когда у них есть структура. Если он хочет, чтобы ты осталась, пусть предлагает не «останься, потому что ты мне небезразлична», а должность, полномочия, прозрачное подчинение, понятные границы и решение совета. Не красивую фразу. Систему, где ты не зависишь от его настроения, улыбки, вины или чувств.

Варя посмотрела на подругу с восхищением.

— Корнеева, ты страшный человек.

— Я бухгалтер. Мы романтику считаем вместе с рисками.

— Это звучит ужасно.

— Зато работает.

Варя хотела ответить, но к ним подошла Алла Сергеевна.

После сегодняшнего заседания руководитель отдела кадров выглядела так, будто её профессиональная выдержка прошла огневое крещение и теперь заслуживает отдельного отпуска, который ей, конечно, никто не даст.

— Варвара Андреевна, — сказала она. — Марк Романович просит вас задержаться на пять минут. Речь о проектной структуре.

Варя обменялась взглядом с Лизой.

Лиза одними глазами сказала: «Вот. Структура. Слушай внимательно».

— Конечно, — ответила Варя.

Алла Сергеевна чуть смягчилась.

— И от себя. Вы сегодня были очень сильны.

Варя не сразу нашла ответ.

— Спасибо.

— Не как «лицо кампании», — добавила Алла Сергеевна. — Как специалист. Это важно зафиксировать.

Варя почувствовала, как внутри что-то осторожно выпрямилось.

— Да, — сказала она. — Важно.

Через десять минут в кабинете Марка собрались четверо: сам Марк, Алла Сергеевна, Елена Викторовна и Варя. Лизы не было, и Варя ощутила это как отсутствие поручня. Смешно. Она только что выдержала совет директоров, ответила Степану, пережила публичную фразу про самообладание, но кабинет Марка по-прежнему умел создавать ощущение, что сейчас начнётся разговор, после которого жизнь снова поменяет этаж.