Книга Приват для Ректора, или Возраст имеет значение, страница 104 – Рика Лав

Магазин игрушек располагался на первом этаже торгового центра, я вёз Мишу в коляске мимо витрин, он крутил головой во все стороны, пытаясь рассмотреть всё сразу.

Когда мы только вошли внутрь, его рот раскрылся от восторга. Стеллажи до потолка, заполненные игрушками всех цветов радуги, машинки, конструкторы, куклы, мягкие игрушки, настольные игры. Для ребёнка, у которого никогда не было возможности... выбирать, это был рай.

— Я могу... я могу взять? — прошептал он, показывая на полку с машинками, около которой я остановил его.

— Можешь взять всё, что захочешь, — я подкатил коляску ближе. — Выбирай.

Миша потянулся к полке, взял одну машинку, потом вторую, потом третью, складывая их себе на колени. Потом посмотрел на меня виноватым взглядом. В них заблестели слезы.

— Это... это, наверное, много... мамочка скажет, что это дорого... Она расстроится...

— Мамочка ничего такого не скажет, — я присел рядом с ним. — Потому что это подарок от меня, а подарки не обсуждают. Видишь вон ту большую машину? Пожарную?

Миша кивнул, глаза его загорелись.

— Хочешь её?

— Да! — восторженно вскрикнул он. — Но она же... она же огромная... и наверное, много денег стоит...

Я снял её с полки, положил ему на колени поверх остальных машинок.

— Теперь она твоя. А пошли-ка посмотрим конструкторы. Ты любишь собирать конструкторы?

Следующий час мы провели, объезжая магазин и собирая игрушки. Миша сначала стеснялся, брал по одной вещи и спрашивал разрешения каждый раз, но постепенно расслабился и начал показывать мне то, что ему нравилось, рассказывать, во что он будет играть.

Я слушал его щебетание, иногда предлагал что-то сам, и внутри меня росло счастье, которого я не чувствовал с тех пор, как Лилит была маленькой.

На кассе продавщица уставилась на нашу гору игрушек с таким видом, словно мы скупили половину магазина. Может, так оно и было. Я расплатился картой, не глядя на сумму, потому что какая разница, сколько это стоит, если мальчик рядом со мной сияет так, будто ему подарили весь мир.

Мы загрузили пакеты и коляску в машину, я усадил Мишу обратно в автокресло, и мы поехали домой. По дороге он рассказывал мне о каждой игрушке, куда их поставит в гостевой спальне. Я с улыбкой слушал его, и вдруг мальчик замолчал на середине рассказа о динозаврах из мультика.

Я глянул в зеркало, встречаясь с его грустным взглядом.

— Что такое, Миш?

Он помолчал ещё немного, а потом отчаянно прошептал:

— Дядя Вадим, а вы... вы можете быть... моим папой?

Я чуть не свернул с дороги. Сердце забилось быстрее. Выдохнул и притормозил у обочины, включая аварийку, развернулся к нему. Помолчал и решил начать с другого.

— Почему ты спрашиваешь об этом?

Миша опустил голову, избегая моего взгляда, словно стесняясь просьбы.

— Потому что... потому что вы добрый... и вы заботитесь о маме... и обо мне... и вы не кричите... — он поднял на меня глаза, в которых стояли слёзы. — А я хочу, чтобы у меня был папа... настоящий папа... который будет любить меня и маму... и не уйдёт... не бросит меня, потому что я… такой...

Я выбрался из-за руля, открыл заднюю дверь и присел рядом с сиденьем на корточки. Этот пятилетний мальчик только что задал мне вопрос, на который многие взрослые мужчины не могут ответить всю жизнь.