Книга Диагноз: так себе папа, страница 88 – Вероника Лесневская

С трудом дожидаюсь, когда Влас мирно уснет, целую его в щеку и выскальзываю из жарких объятий. Замерзаю, однако в душе теплится надежда, что это не конец, а только начало. За нее и цепляюсь, как за спасательный круг, засыпая в холодной постели одна.

На следующее утро

Влас

Я просыпаюсь в пустой постели, провожу рукой по холодной подушке, заранее зная, что никого не найду рядом с собой. Вдыхаю дурманящий женский запах, оставшийся на простынях, сгребаю смятый нашими телами хлопок в кулак. Сквозь приоткрытые шторы в глаза светит слабый луч ленивого питерского солнца, скачет зайчиком по лицу, будто издевается.

— Эх, Марго, - выдыхаю в идиотский потолок с лепниной и, прищурившись, растекаюсь в улыбке.

Предсказуемо. Я бы удивился, если бы она осталась, наплевав на чувства сына.

Моя Мегера верна себе и своим принципам, даже если залюблена до смерти. Ее невозможно приручить, подчинить, перепрошить - только ждать, пока сама соизволит прийти. И добиваться изо дня в день, каждый раз как первый. Я терпелив, но время и здоровье не на моей стороне.

Жаль, что мы не встретились раньше…

— Встрял ты, Воронцов, по самые яйца, - обреченно смеюсь сам с собой, как сумасшедший. - Даже глубже. В омут с головой ушел. А ведь ясное сознание сейчас остро необходимо. Точнее, его остатки.

Нехотя тянусь к тумбочке за гребаными таблетками, закидываю горсть в рот и с трудом заглатываю, не запивая. Дальше в душ, на автопилоте одеться, собраться - и делать вид, что все под контролем.

Ночь с Марго выбила меня из колеи, расслабила и позволила почувствовать себя живым, настоящим. Утро как похмелье. Но мысль о том, что в квартире я больше не один, придает сил.

В гостиной разбросаны мягкие игрушки и куклы Любочки, из кухни доносятся тихие голоса девочек, приятно пахнет блинчиками и ванилью. По мансарде бродит полусонный мальчишка, вышедший из берлоги на ароматы еды, но не решается спуститься.

— Доброе утро, Фил, - улыбаюсь ему, взмахнув рукой. - Как спалось на новом месте?

— Фигово, - ворчит он, нервно хлопнув руками по перилам. - Домой хочу.

— Ты дома.

В знак протеста пацан скрывается в комнате, с грохотом захлопнув за собой дверь.

Упертый, как я. Не понимает, что он уже часть семьи, и мы будем бороться за него до последнего. Причем с ним самим и его подростковыми тараканами.

— А ты что здесь делаешь? - опускаю взгляд на путающегося под ногами пушистого грызуна. - Променял хозяина на вкусные запахи?

Наклонившись, я беру его в руки. После пауков зятя Рататуй кажется чудом природы, не зря я уговорил Марго оставить его. Фил в восторге, девочки почти привыкли и уже не так громко вопят, когда видят крысу в кровати или ванной. Вот у нас и обосновался домашний питомец.

— Я Рата забыл. Отдадите мне? - робко доносится сверху.

— Разумеется, - отзываюсь по-доброму, запрокинув голову. Встретившись взглядами с Филом, хитро ухмыляюсь. - Забирай.

Но с места не двигаюсь. Лениво почесываю крысу по холке, позволяю ей обнюхать себя и даже цапнуть зубами ремень наручных часов, а сам тем временем украдкой наблюдаю за упрямым мальчишкой, который мнется на ступеньках.

С ума сойти, как же он похож на мать! Тот же твердый, несгибаемый характер, тот же матерный взгляд, те же черты лица. Наверное, поэтому мне проще привязываться к мелкому хулигану с глазами Мегеры. Приятнее видеть в нем продолжение любимой женщины, чем след опоссума, что зовется его отцом.