Книга Диагноз: так себе папа, страница 137 – Вероника Лесневская

— Разве я могу вам отказать, девочки, - сдается он, целуя меня в щеку.

Семейный обед то и дело прерывается хоровым пением двойняшек. Мы бегаем к ним по очереди, пока не осознаем, что они просто не хотят оставаться в одиночестве. Забираем деток к себе, посвящаем им все свое внимание, но крики становятся только громче и требовательнее.

— Не понимаю, что не так, - сокрушается Тая. - Мы же все сделали, а кормление нескоро. По графику должен быть тихий час.

— Давайте их нам, - предлагает Влас, подталкивая громилу Яра. - А сами поешьте нормально.

Малыши, как по команде, умолкают на руках у мужчин. Мы с Таей облегченно выдыхаем.

Поужинав в тишине, убираем со стола, вместе моем посуду на кухне, болтая о пустяках, а когда возвращаемся, в гостиной царит мир и благодать.

Фил с Любочкой полулежа устроились на диване и что-то смотрят на дисплее телефона, надев по одному наушнику. В широких креслах по обе стороны от них мирно спят Влас и Яр с убаюканными младенцами на руках.

Отец и дед. Несколько поколений в одном доме.

Наверное, это именно то, ради чего стоит жить. Большая семья, о которой так мечтал Влас.

И я счастлива быть ее частью.

Влас

— Три, два, оди-ин… Ур-ра-а-а-а! - орет мой зять на всю тайгу, как бешеный бизон.

До сих пор не верится, что этот гиперактивный пацан с придурью - муж моей дочери, отец двоих детей и успешный бизнесмен, который открыл на дикой территории уникальный отель стеклянных иглу «Снежная королева». Не без моей помощи, конечно, но идея полностью принадлежала ему. Я лишь профинансировал готовый проект.

— С Новым годо-о-ом!

В небо над нами взметаются огни фейерверков, отражаются в прозрачных куполах жилищ.

Яр запускает запись боя курантов на телефоне, дети смеются, носятся по снегу, задирая друг друга, а Тая закрывает уши руками.

Мы с Марго стоим вдали от толпы, у входа в иглу. Она покачивает коляску, в которой сопят наши внуки так безмятежно, будто грохот салютов заменяет им колыбельную. Я обнимаю жену за плечи, в интимном полумраке нахожу ее губы и, пока все заняты встречей Нового года, жадно целую.

— Люблю тебя, бабуля, - судорожно выдыхаю.

Она обхватывает мои замерзшие щеки руками, растирает и согревает пушистыми варежками, невесомо чмокает меня в покрасневший на морозе нос. Заботливо водружает мне капюшон на голову, предварительно смахнув снежинки с макушки.

Усмехаюсь. В последнее время Марго обращается со мной, как с ребенком. В некогда железной леди проявляется все больше нерастраченной нежности. Она стала тише, спокойнее, ласковее. При любой возможности трется и мурлычет, как домашняя кошечка.

Не супруга, а мечта. Но это… подозрительно. Я к своей Мегере привык.

— Ты счастлива?

— Очень, - мягко улыбается, прикрывая глаза, и снежинки падают на ее длинные ресницы, тают и каплями стекают по щекам, как слезы.

Губами собираю влагу с красивого лица. Снова страстно вторгаюсь в сладкий рот. Марго отвечает мне пылко и с любовью. Мы жарко целуемся, игнорируя шум и праздничную суету вокруг, пока в нас не врезается большая собака, чуть не сбив обоих с ног. На автомате я крепче прижимаю к себе супругу и прикрываю собой двойняшек в коляске, пряча родных от потенциальной опасности.

— Снежок, фу! Ко мне! - раздается поблизости. - Простите, не удержал.