Книга Завязка на любовь, страница 80 – Лера Деревянкина

И чудо случается. Да ещё и такое, что мне приходится проморгаться, чтобы убедиться, что меня не глючит и что всё происходит взаправду. Из-за поворота к дому Дэна выезжает самый настоящий танк. Танк! Зелёный, огромный, с пушкой. Мужики Кислого, позабыв о нас с Дэном, тоже вовсю пялятся на приближающуюся военную машину. Танк едет прямо на нас и, не сбавляя хода, в момент подминает под себя старенькую «девятку», одну из двух машин, на которых приехали эти уроды.

Превратив «девятку» в груду металлолома, танк останавливается, и из открывшегося люка вылезает Илья.

— Передайте Кислому, что вопрос решён по справедливости, – орёт Илья. – А если он всё же потребует реванш, пусть приезжает лично. Я в следующий раз истребитель пригоню. – А затем в его руке появляется пистолет, и Илья несколько раз показательно стреляет в воздух.

Бросив нас с Дэном, мужики бегом устремляются к уцелевшей машине. Ковыляю к Дэну и сажусь рядом, одной рукой оперевшись о землю, а другой держась за рёбра.

— Твой? – с трудом выдыхает Дэн, кивая на Илью в танке.

— Ага. – Всё ещё пребываю в шоке от абсурдности происходящего. Он реально приехал на танке. На танке!

— Не мог начать с козырей сразу, Вилицкий? – спрашивает Глуховский, и нас обоих, несмотря на ноющую боль, прорывает на смех.

— Живы? – окрикивает нас Илья.

Поднимаю руку, показывая парню большой палец.

— А ты и правда можешь пригнать истребитель? – спрашивает его Дэн.

Илья смотрит на нас как на дебилов и снова прячется в танке, закрывая за собой люк.

— Ну и тип, конечно, – присвистывает Дэн.

— Погнали в больницу, – кидаю я ему, медленно вставая с земли и не желая больше думать о том, что, если бы не Илья, нас бы уже наверняка превратили бы в фарш. Он всё ещё встречается с Василисой, и я всё ещё его за это ненавижу.

В приёмном покое на вопросы медперсонала врём, что подрались друг с другом и никаких претензий не имеем. Глуховского оставляют на ночь с подозрением на повреждение внутренних органов, меня отпускают домой – кроме сильных ушибов и гематом, травм больше нет. И славно.

Подъехав к дому, сразу замечаю стоящих у забора Бондаревых Василису и Илью. Придерживая одной рукой за талию, Илья что-то говорит ей, а затем целует в макушку. Вроде бы и должен быть ему благодарен за оперативное спасение, но ярость, прямо сейчас вспыхнувшая во мне, сильнее чувства благодарности. Чтобы не мешать этой сладкой парочке, ускоряю шаг в сторону дома, но у самой калитки всё же зачем-то поворачиваюсь. В тот же момент встречаюсь взглядом с Василисой, и в её глазах вижу сильную обеспокоенность.

Уже вечером получаю от неё сообщение.

ВАСИЛИСА

Выйди, пожалуйста.

Я мог бы спросить зачем, но вместо этого, забыв даже накинуть на себя футболку, просовываю ноги в тапки и с самой быстрой скоростью, с которой только может передвигаться калека после побоев, спускаюсь. Вася уже ждёт меня у двери, на ней светло-жёлтый кардиган крупной вязки и лёгкое домашнее платьице. Сразу же подмечаю несколько зелёных пятнышек на лице: парочка возле правого уха, одно у губы, на подбородке. А говорила, зелёнку теперь не мажут.

— Мама заставила, – говорит Вася, проследив за моим взглядом.

— А Илья? – Вспоминаю, что он не болел ветрянкой, но сегодня этот факт не помешал им обниматься.