Книга Развод в 45. Любовь генерала, страница 25 – Полина Измайлова

— Мечта? Демид, ты с ума сошел? Какой десант? Какая мечта? Ты мечтал стать программистом, ты же уже даже зарабатывать начал!

— Мамочка даже не знает, какая у сына мечта.

— Вам какое дело?

— Мам, прекрати.

— Значит, хотите к нам, молодой человек? Что ж… Придется, наверное, брать и делать из вас человека. А то у меня как-то не коннектится — такой шикарный парень и маменькин сынок.

— Я не маменькин сынок.

— Я вижу. — Генерал усмехается, за ним начинают смеяться люди в форме, которые стоят рядом. Другие молодые парни, они, как я понимаю, так же как и мой сын, решили круто изменить свою жизнь.

Ему смешно.

Что ж…

— Маменькин сынок, значит. Да?

Не задумываясь делаю шаг и влепляю этому олуху в погонах хорошую затрещину. Вот так! При всех! Пусть знает!

— Маменькин сынок? А что такого плохого быть маменькиным сынком? Вас всех, между прочим, мать родила! И мать нужно уважать! А не кидаться вот так презрительно глупыми фразами! Если бы вы уважали матерей — не было бы такого ужаса в мире! ВЫ же, мужики, о себе только думаете! С детства в войнушку не наигрались, да? Мало вам? А то, что это горе и слезы женщин, матерей — не думаете? Совести у вас нет! И чести! Так говорить! А еще… генерал!

Заканчиваю свою тираду, подбородок трясется, губы дрожат, слезы катятся.

Смотрю на этого красавца-мужлана в форме. Хорош, зараза. Жалко, что придурок такой!

И он на меня смотрит, и в глазах у него… Не знаю что. Нечитаемое. Вроде не гнев. Не ярость. Не злость.

Интерес?

— Вы не хотели бы к нам в дивизию? У нас как раз таких не хватает, боевых, — говорит, и я вижу, что он с трудом сдерживает себя, чтобы не рассмеяться!

Ему смешно? Я тут, можно сказать, душу вывернула, а ему весело?

— Видно, что не хватает. Раз вы тут маменькиных сынков подбираете.

— Я не шучу.

— Я тоже.

— Вы кто по образованию? У нас в военном городке нехватка кадров.

— У вас мозгов нехватка.

— У меня?

— У вас!

Он качает головой и уже не сдерживаясь смеется.

— Да, отбрила так отбрила, мамочка. Что ж — этого точно к себе забираю, такая генетика. Если ты, боец, хоть вполовину такой боевой, как твоя мамаша — будет толк.

— Мамаша? Мамаша у тебя дома сидит! Борщи варит! Если нашлась такая дура, чтобы с таким дуболомом жить.

— Мама, ты с ума сошла! — в ужасе хлопает глазами мой сын, а я не сошла, мне терять нечего.

— Мой сын ни в какую армию не пойдет, он учится в магистратуре и будет учиться! И только попробуйте его забрать, я вас засужу! Демид, а ну пошли домой, быстро!

— Не получится быстро, мамочка, он уже все документы подал, так что… Если уйдет — будет считаться, что он дезертир и скрывается, а это уже уголовка.

Смотрю на этого бесячего генерала, и так хочется еще раз ему по роже вмазать, но вместо этого я прислоняюсь к стене, закрываю лицо руками и реву…

— Мам, ну ты что, мам?

— Успокойтесь, женщи… хм… девушка… давайте-ка… вот так.

Чувствую, что меня берут под локоть, твердую руку на своей спине чувствую.

В голове туман, опять плохо мне, как там в универе было плохо. Сознание, кажется, на мгновение теряю.

Прихожу в себя, понимая, что меня на руках несут.

Генерал несет!

Ого…

— Что вы… Что вы делаете? Пустите меня.

— Спокойно, боевая моя. Сейчас найду спокойное место и опущу.

Вижу краем глаза, что мы заходим в кабинет, там стоит диван, на который меня действительно опускают. А генерал командует.