Книга После развода. Слепая любовь генерала, страница 77 – Элен Блио, Полина Измайлова

Мы старались, конечно. Справлялись. Но чтобы еще?

— Мы уж, наверное, внуков будем ждать, спасибо вам, товарищ генерал.

— Категоричны вы, Оленька, внуков! Сами еще ого-го! — это подошел генерал Богданов, военный врач.

— Богдан Александрович, не накаркайте!

Он шумно рассмеялся и подмигнул.

— У вас, Ольга Викторовна, сны вещие, а у меня глаз алмаз! Месяцев через восемь ожидайте!

— Нет, вы что? Не может быть!

— Может, Лёль, может… — это мне шептал на ухо мой любимый генерал Сафонов.

А сейчас я на свадьбе сына и на шестом месяце.

Да, я замечаю неодобрительные взгляды некоторых дам, которые помоложе и считают, что я сошла с ума на старости лет.

А я считаю, что судьба и Бог дают нам с Матвеем второй шанс, и грех им не воспользоваться. Вот мы и пользуемся на всю катушку.

Пока есть силы.

Пока есть возможности.

И любовь, и вера, и наша Надежда, которая с нами всегда.

Матвей

Моя Надежда, моя Вера, моя Любовь…

Моя Лёля.

Единственная.

Да, она и была единственной.

Всё, что было тогда — наваждение. Помрачение.

Мое нравственное падение, которое стало предательством настоящей любви.

Что это было? Не могу объяснить и сам не понимаю.

И с психологами говорил, и со священниками.

Один батюшка мне сказал, что мы созданы по образу и подобию божьему, но мы люди, мы подвержены страстям. Благо то, что я смог остановиться. Понять. Исправить.

Ну, насчет исправить… Тут я понимаю, что, если бы не Лёля, не ее великодушие, не ее любовь, которая смогла всё пережить — я бы ничего не смог.

Именно моя женщина оказалась на высоте.

Ее любовь вернула меня к жизни.

Ее любовь вернула мне веру в себя.

Вернула мне саму жизнь.

То, что она позволила мне быть рядом с ней. Позволила вернуться.

Воспитывать дочь.

Примирила со старшими детьми. Со всем миром.

И даже с самим собой.

Просыпаюсь рядом с ней и нашим младшим сыном.

Кто-то говорит, что рожать детей в таком возрасте глупо — возможно. Но мир меняется. И меняемся мы. И я понимаю, что найду в себе силы в семьдесят быть бодрым, чтобы мой двадцатилетний сын мог мною гордиться, чтобы я был ему интересен, чтобы я его понимал, а он понимал бы меня.

Перекладываю малыша в люльку, он причмокивает во сне.

Лёля чуть потягивается, но не просыпается. А я… просто любуюсь своей женщиной.

Смотрю на нее, прикасаюсь осторожно губами к нежной коже.

Моя красивая женщина, моя богиня.

Глажу ее руки, плечи, легонько разворачиваю к себе, касаясь губами твердых вершинок груди, ласкаю…

— М-м-м… Матвей…

— Спи, любимая, спи…

— М-м-м… не-ет… уже не хочу…

— А что хочешь?

— Хочу… хочу чай с молоком, завтрак в постель и моего любимого мужчину.

— В какой последовательности? Сначала завтрак и чай?

— Нет, сначала мужчину.

Она обнимает меня, притягивая к себе, поглаживает плечи, руки, на которых еще остались следы ожогов, а еще — небольшой след от пули, которая могла бы забрать меня, если бы, двигаясь по позициям, я не услышал внезапно голос жены, которая кричала — повернись! Не повернулся бы — получил бы прямой в сердце, а так прошило руку.

Мистика? Любовь.

Любовь, которая созидает. Любовь, которая ведет. Любовь, которая охраняет.

И просто любовь, которая делает счастливыми мужчину и женщину.

Поцелуи становятся жарче.

Объятия крепче.

Мы ближе.

Движения острее.

Страсть сильнее.

Дыхание срывается. Мы ускоряемся, взлетаем и замираем в высшей точке блаженства, с признанием в любви.

— Я люблю тебя, Лёля.

— Я тебя люблю, мой генерал.

Дорогие наши читатели, спасибо огромное, что весь этот путь вы прошли с нами, что вы так переживали за судьбу Лёли и генерала. Так не хотели прощать нашего запутавшегося героя, и всё-таки мы считаем, что любовь должна побеждать и прощения наш Матвей заслужил! К кому же была та самая слепая любовь? Конечно же, к Лёле. Слепая — потому, наверное, что после своего поступка он не захотел больше ни с кем связывать жизнь и готов был до конца любить Лёлю, даже если она не будет с ним. А мы вас приглашаем в следующую историю, которая будет не менее драматичной и яркой.

РАЗВОД В 42. ГЕНЕРАЛ, ЗАЛЕЧИ МОИ РАНЫ

— Славик, сынок, у твоей жены будет ребенок… От твоего папы.

Сказать эти слова сыну? Ужасно. Сказать их, зная, что, пока он там, на рубеже, его отец и любимая женщина…

Я не представляла, как сделаю это. Но еще меньше представляла, что услышу страшное:

— Васильев? Так его убили вчера.

Чьи-то сильные руки подхватывают, не давая упасть.

— Что же вы, красавица, такая неосторожная?

Измена мужа перевернула мою жизнь. Я попала в закрытый военный городок, успела похоронить сына, а потом узнать, что он, возможно, жив.

— Помогите найти его, товарищ генерал.

— Я прежде всего врач, а потом генерал, но я постараюсь, только…

— Я сделаю всё, что вы хотите.

— Прям-таки всё? Рискуете, красавица.

— Это почему?

— А что, если я хочу вас?