Книга Измена. Предателей не прощают, страница 20 – Полина Измайлова

А может, всё еще впереди? И муж планирует этим заняться?

Нет, не позволю! Не дам!

Сына — не отдам!

— Сынок, послушай, я сейчас могу доверять только тебе. Я не могу сказать всего, потому что сама мало что знаю, но я прошу тебя — не слушай отца и сестру сейчас, ты понял меня?

— Понял, мам, я не дурак.

— Молодец. Ты у меня самый умный. Я хочу, чтобы ты мне верил. Я ни в чем не виновата ни перед твоим отцом, ни перед Станиславой. И я… я здорова, слышишь? — Эта дикая мысль бьется в голове раненой птицей, не дает покоя. Кирилл ведь может устроить так, что меня отправят в клинику и… и всё. Это страшно. Но я сейчас не знаю, чего от него ждать. — Я здорова, сынок.

— Мам, я знаю. Я… если он попытается, я… я его…

— Тише, тише… Будем надеяться, что всё… всё у нас будет хорошо. Всё будет хорошо.

— Как раньше?

Хриплый голос сына заставляет сжать челюсти, ком в горле.

Как раньше уже точно не будет, это я хорошо понимаю.

Я сама не позволю этого.

Не после того, что я видела и слышала.

Не после… Кристины!

Я не помойная яма, чтобы принимать мужика после чужой подстилки.

Господи, интересно, а сколько раз было так, что Кирилл…

Меня снова мутит, подташнивает.

И хочется помыться.

Я хочу в душ. Смыть с себя налипшую грязь этого дня и попытаться собраться с мыслями.

Целую сына, прошу, чтобы он вел себя спокойно и не поддавался на провокации.

— Он не отправит тебя никуда, это просто глупые угрозы. Но ты постарайся не задирать его, ладно? Просто…

— Понимаю, мам…

— Просто, чтобы нам уехать, нужно… нужно подготовиться, и…

— Чтобы отец ничего не заподозрил, да?

Киваю.

Да, мой мальчик всё понял правильно.

Чтобы никто ничего не заподозрил.

Иду в свою комнату, вернее, в нашу общую с Кириллом. Сейчас то, что комната общая, меня пугает. Где он собирается спать? Неужели тут?

Мне нужно перебраться в гостевую, необходимо, но пока…

Пока душ. Смыть мерзость последних часов.

Этим и занимаюсь.

Вхожу в нашу ванную, чувствуя, как меня пробирает озноб. Вещи скидываю прямо на пол. Рваными движениями сдираю с себя одежду. Пусть валяется. Я бы с радостью сожгла это похоронное платье, которое больше никогда не надену.

Не хочу, чтобы что-то вообще напоминало о том дне, когда разрушился мой брак и моя семья.

На короткие мгновения, пока на меня обрушивается поток горячей воды, я заставляю себя ни о чем не думать. Мне нужен спасительный глоток безвременья, когда нет ничего, кроме телесных ощущений.

Живительные струи воды немного облегчают мое состояние. Я выливаю гель на кожу, вспениваю, смываю, втираю в себя скрабы, намыливаю голову шампунем. Ко мне не просачивается ни один звук извне, только шум воды наполняет душевую кабину.

Но, как бы долго я ни оставалась тут, приходится выйти, встретиться с реальным миром.

Выйдя из душа, я обычно привожу себя в порядок — укладываю высушенные волосы мягкими волнами, на лицо наношу крем, кожа всегда сохнет после душа — всегда старалась это делать, чтобы быть привлекательной для своего любимого мужчины.

Сегодня — нет.

Сегодня я делаю это для себя!

Волосы ложатся ровной линией, кожа после крема уже не кажется такой бледной.

И всё равно из зеркала на меня смотрит измученная взрослая женщина.

Словно постаревшая на несколько лет.

Но всё еще красивая. По крайней мере, мне так кажется.