Книга Гори со мной, страница 84 – Лера Титова

Ярослав не стал скрывать от меня подробности. Мы договорились об этом после Парижа: никаких тайн, никакой лжи. Он рассказывал мне всё — где будет операция, сколько человек участвует, какие риски. Он не просил совета. Просто делился. И это доверие стоило больше, чем все его слова о любви.

— Рашид базируется в восточном секторе порта, — говорил он, расхаживая по гостиной. — Там старые доки, которые мы не контролируем. Они попытались перехватить наш груз сегодня ночью. Не вышло, но в перестрелке ранили одного из наших. Серёгу Молота. Он в больнице, состояние стабильное.

— Серёга? — я помнила его. Огромный, с перебитым носом, вечно хмурый, но преданный. — Он выживет?

— Да. Врачи говорят, через пару недель будет как новенький. Но сам факт нападения — это объявление войны. Мы должны ответить. Быстро и жёстко, пока они не набрали силу. Промедление сейчас — смерть.

— Когда вы уходите?

— Сегодня в полночь. Три группы. Доки, склад и убежище Рашида. Я поведу основную. Дэн — вторую. Третью — Лёва.

— Лёва? Финансист?

— Он не только финансист, — Ярослав усмехнулся. — Он умеет стрелять. Просто предпочитает цифры.

Я слушала его и чувствовала, как внутри всё сжимается. Снова. Снова эта неизвестность. Снова ожидание. Снова страх, который я так хорошо знала. Я думала, что после смерти Корсаро это закончится. Думала, мы будем просто жить. Но война, как он и говорил, не заканчивается. Она меняет форму.

— Ты волнуешься, — сказал он, останавливаясь передо мной.

— Да.

— Не надо. Это не большая война. Так, зачистка. Максимум — пара часов. К рассвету я вернусь.

— Ты всегда так говоришь. «Вернусь к рассвету». «Ничего серьёзного». А потом я сижу и считаю минуты. И молюсь. Хотя даже не умею молиться.

Он взял моё лицо в ладони.

— Посмотри на меня. Я обещал тебе Париж. Я обещал тебе мир. И я сдержал обещание. Сейчас это просто... остатки. Хвосты, которые нужно обрубить. Я справлюсь. Я всегда справляюсь.

— Ты — да. А я? Что делать мне, пока ты там?

— Ждать. Верить. И знать, что я люблю тебя. Это всё, что мне нужно. Знать, что ты ждёшь меня. Что ты веришь в меня. Это даёт мне силы.

Я прижалась к нему. Его сердце билось ровно, спокойно. Он не боялся. Он был воином. А я была женой воина. И это значило, что я тоже должна быть сильной. Даже когда внутри всё дрожит.

— Тогда пообещай мне кое-что, — сказала я.

— Что?

— Вернись. Не к рассвету. Просто вернись. Любой ценой.

— Обещаю.

Он поцеловал меня в лоб. Я закрыла глаза и вдохнула его запах — кожа, табак, что-то металлическое. Запах войны. Запах моего мужчины. И в этот момент я поняла, что хочу запомнить его. Не просто обнять и отпустить. Я хочу дать ему что-то, что будет с ним там. В темноте. В опасности. В холоде ночи.

— У нас есть время до полуночи? — спросила я.

— Да. Несколько часов.

— Тогда пойдём.

— Куда?

— В спальню.

Он посмотрел на меня. Его глаза изменились. Из холодных, сосредоточенных — в тёплые, голодные. Он понял без слов.

— Ты уверена? Я думал, ты волнуешься.

— Именно поэтому. Я хочу, чтобы ты ушёл туда с моим запахом на коже. С моим вкусом на губах. Со мной внутри. Я хочу, чтобы ты помнил, ради чего возвращаешься.

— Я и так знаю.

— Знать и чувствовать — разное. Пойдём.

Я взяла его за руку и повела в спальню. За окнами сгущались сумерки. Где-то в порту готовились к операции. Где-то там, в восточных доках, прятался новый враг. Но здесь, в нашей спальне, был только мы.