Книга Гори со мной, страница 35 – Лера Титова

— Спасибо за комплимент, — я бросила сумку на заднее сиденье. — Куда едем?

— В горы. Три часа пути.

— И что мы будем делать три дня в горах?

— Разговаривать, — он открыл мне дверь. — И не только.

Я села в машину, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Он сел за руль, завёл двигатель, и машина плавно выехала за ворота.

Город остался позади. Особняк, охрана, отец, мама, дядя Карло с его интригами — всё это исчезло, растворилось в зеркале заднего вида. Впереди были горы, озеро и три дня наедине с мужчиной, которого я ненавидела и хотела одновременно.

Я смотрела в окно на пролетающие мимо пейзажи. Сначала — пригороды, потом — виноградники, потом — холмы, поросшие лесом. Ярослав молчал, и я молчала. Тишина в машине не была напряжённой. Она была... комфортной. Как будто мы оба понимали, что слова сейчас не нужны.

Через час он заговорил первым:

— О чём думаешь?

— О том, что ты сумасшедший.

— Это я уже слышал.

— И о том, что я, наверное, тоже.

— Почему?

— Потому что согласилась на эту поездку.

Он усмехнулся.

— Может, ты просто хочешь меня получше узнать?

— Может, — признала я. — А может, у меня просто не было выбора.

— Выбор был. Ты выбрала поехать.

Я повернулась к нему, посмотрела на его профиль. Чёткая линия подбородка, сломанная челюсть, шрам через бровь. Он не был красив классической красотой. Он был красив по-другому — как опасное оружие. Как дикий зверь. Как стихия.

— Почему тебе это важно? — спросила я. — Узнать меня? Ты же мог просто жениться, трахать меня и не париться. Зачем тебе знать, что у меня в голове?

Он помолчал.

— Потому что та ночь не выходит у меня из головы, — сказал он тихо. — Я трахал десятки женщин, София. Десятки. И ни одна не осталась в памяти дольше, чем на час. А ты... Ты застряла там на три месяца. Я думал о тебе каждый день. Я искал тебя. Я перевернул город. И когда нашёл — понял, что просто трахнуть тебя и забыть не получится. Мне нужно больше.

— Что «больше»?

— Не знаю, — он посмотрел на меня. В серых глазах было что-то, чего я не видела раньше. Неуверенность. — Может, любовь. Может, ненависть. Может, всё сразу. Я не разбираюсь в этих чувствах. Но я знаю, что ты — единственная женщина, ради которой я готов ждать.

Я отвернулась к окну. В горле стоял ком. Он говорил то, что я боялась услышать. То, что я сама чувствовала, но не могла признать. Та ночь изменила всё. Он засел во мне, как пуля, которую не достали. И теперь эта пуля давала о себе знать каждую секунду, пока он был рядом.

— Ты странный, — сказала я.

— Знаю.

— Ты грубый, наглый, самоуверенный.

— Знаю.

— И ты убиваешь людей.

— Это моя работа.

— И ты этим гордишься?

— Я этим не горжусь, — он сжал руль. — Я это делаю, потому что должен. Потому что если я не убью, убьют меня. Или моего отца. Или теперь — тебя. Таков наш мир.

Я замолчала. Он был прав. В нашем мире убийство — это не грех. Это необходимость. Инструмент. Способ выжить. Я выросла в этом мире, но до сих пор не могла принять его. А Ярослав принял. И стал лучшим.

— Расскажи мне о своей матери, — попросила я.

Он бросил на меня удивлённый взгляд.

— Зачем?

— Хочу понять, почему ты такой.

Он долго молчал. Потом заговорил — медленно, с трудом, будто каждое слово давалось ему с болью.

— Она ушла, когда мне было восемь. Я не помню её лица. Только фотографию, которую отец хранит в ящике стола. Она улыбается там. А в жизни... В жизни я не помню её улыбки. Помню крики. Скандалы. Звон разбитой посуды. Отец тогда был другим — более жестоким. Он... бил её. Не часто, но было. Она терпела. А потом ушла. Собрала чемодан, поцеловала меня в лоб и сказала: «Прости, я не могу здесь дышать».