Книга По ту сторону экрана, страница 120 – Мафэй Цзян

Цзян Синфу: Спасибо за благосклонность! Я, признаться, прошу это больше из-за А-Хао… Очень хочу сделать что-то для него. Только не говорите ему, пожалуйста.

Цзян Синфу был таким милым, что от каждого его сообщения на лице появлялась улыбка. Его забота о брате восхищала.

Вэй Янь: о я поняла. можете быть спокойны на этот счет. это очень мило с вашей стороны 😌

Цзян Синфу: На самом деле… В общем, я бы хотел объяснить подробнее свою просьбу при встрече. Поэтому хочу, чтобы это осталось в тайне.

Вэй Янь: хорошо!

Вэй Янь: тогда напишите это в беседу словно вы это придумали только что и нашего разговора не было:)

Только после этого диалога все узнали о желании Цзян Синфу.

Сказанное Цзян Синфу слегка не вязалось с ожиданиями Вэй Янь. Ей казалось, что Цзян Синфу, наоборот, прекрасный брат. По крайней мере, Цзян Хао на него не жаловался, а только говорил, какой он хороший.

— Вы… Ты слишком категоричен к себе. Ты и так во многом помогаешь ему.

Цзян Синфу выглядел так, словно думал об обратном. На его лице отражались грусть и сожаление.

— Я должен его больше поддерживать. Он всю свою жизнь страдал от нападок родителей, и сейчас произошел очень крупный конфликт между ними. Я должен был сделать и сказать больше в защиту брата. Родители всегда несправедливо относились к нему, а я… почему-то у них любимец. И лично я не понимаю такого их отношения, но, сколько бы ни пытался, сделать ничего не могу.

Вэй Янь вдруг осознала важную вещь: Цзян Синфу чувствовал вину за то, что родители среди своих детей сделали выбор в его сторону, а не в сторону Цзян Хао. Очевидно, он искренне любил брата, но сильное желание уберечь его было продиктовано не только любовью, но и неосознанным стремлением попросить прощения за холод матери и отца.

— Иногда мне кажется, что я совсем потонул в собственных делах и проблемах, забыв об А-Хао. Учеба, работа, быт, семья… Мне кажется, я делаю недостаточно…

— У каждого своя жизнь. Не вини себя, Цзян Синфу, – так необычно было произносить его имя вслух. – Это нормально, что твоя жизнь для тебя приоритетнее. Мы ведь живем для себя, а не для других. Цзян Хао уже взрослый. Уверена, он в силах справиться со всем сам.

Вэй Янь понимала, что поддержка близких важна, но при этом она не считала Цзян Хао неспособным справиться со своими проблемами. Да, ему тяжело, но по факту он должен разобраться с проблемами в отношениях с родителями сам. И конечный результат зависит только от него и его матери с отцом.

Цзян Синфу замер с баночкой специй в руках. От взгляда Вэй Янь не ускользнуло, что его рука сильнее сжала стекло. Губы Цзян Синфу превратились в тонкую линию. Ему было трудно примириться с преподнесенной правдой.

Однако после паузы, понадобившейся ему для раздумий, он улыбнулся Вэй Янь:

— Спасибо. Я подумаю над твоими словами.

Совсем скоро пришли все остальные гости. Встреча Ху Фэн, Ху Мин и Вэй Янь была слышна по всей квартире: они хохотали во все горло, перебрасываясь подколами.

— Ух ты ж, ух ты ж, вот это вы, конечно, заморочились, – оглядев комнату и остановившись у плавающих свечей, протянула Ху Фэн. – Обычно ты никогда не устраивала пышных празднеств на день рождения.

Вэй Янь вытянулась, как струна, отведя взгляд и бормоча что-то нехорошее о Ху Фэн. Та тем временем переключилась на других присутствующих в квартире людей.