Книга Подонки. «Молись и проси», страница 9 – Кейт Блейз

Я позволила себе на секунду развернуть в голове ту сцену: мокрый асфальт, дождь, фигура разворачивается плавно, как кот перед прыжком. Глаза — две чёрные дыры в мир, где нет ничего, кроме охоты. И внизу живота снова пробежал тот же предательский отклик. Моя логика презирает токсичную маскулинность, но шейка матки думает иначе. Я ощущала, как приятно напрягаются мышцы таза, как кровь приливает туда, куда не должна была приливать от воспоминания об убийстве. Я из тех, кто выбирал бы в партнёры спокойных и смирных. Голова считала всех агрессивных мужчин токсичными и непригодными для нормальных отношений. Тело же жаждало их мускулов и власти. Это разделение жило во мне всегда. В ту секунду, когда он посмотрел в мою сторону, между ног прокатилась холодная дрожь возбуждения. Это был животный отклик на опасность и силу. Это ужасная и постыдная правда. Решено! Завтра я проснусь и постараюсь убедить себя, что ничего не чувствовала. А Райан сдал зачёт и уехал к матери.

Вдруг ледяная игла воды ударила в затылок. Я дёрнулась от неожиданности и открыла глаза. Душевые были погружены в темноту. Я оглянулась вокруг и поняла — свет погас везде. Даже красный глазок вентиляции как назло потух. Только вода продолжала хлестать моё тело, теперь уже холодная. Я замерла, прислушиваясь. Ничего... Лишь тишина навалилась со всех сторон.

Пальцы сжали край полки с мылом для устойчивости. Я стояла мокрая, голая, в полной темноте.

— Пиздец, — выдохнула я в пустоту, и мой голос утонул в шуме воды, не долетев до собственных ушей.

Нокс

Утро я встретил в пустующем кабинете на третьем этаже экономического корпуса. Преподаватель уволился месяц назад, ключи от всех кабинетов в университете хранятся в административном отделе — уборщики, охранники, старшие сотрудники имеют доступ. Мне достаточно было попросить. Люди боятся отказывать, когда я стою перед ними и молчу.

Я пропустил пары. Мой ноутбук лежал на столе, экран разделён на шестнадцать квадратов городских камер. Папка на рабочем столе ждала пополнения — я назвал её «S.W.». Скриншот за скриншотом, дата и время, каждый её шаг фиксировался в моём архиве. Сэйдж Уэбб вышла из дома в восемь сорок семь. Она живёт в богатом районе с высокими заборами и зелёными лужайками. На каждом фонарном столбе там висят камеры — новые, с ночной съёмкой и поворотными механизмами. Я взломал их ещё прошлой ночью. Она вышла из калитки и остановилась, оглядывая улицу. Её голова поворачивалась медленно, зрачки сканировали пустые машины и кусты. Я видел, она ждала опасности. Мне нравилось смотреть, как она ждёт. Напряжение в её плечах, лёгкий разворот корпуса — тело готовилось бежать. Я понимал, ей было страшно. Мой член шевельнулся в штанах, я сомкнул губы, подавляя улыбку, и нажал клавишу сохранения — первый скриншот дня лёг в папку.

Она прошла пешком через весь район до университетской площади. Я наблюдал, как камеры перехватывали её фигуру — от одного столба к другому, от одного угла здания к следующему. На площади у корпуса филологии её встретил парень. Блондин, спортивный, в поло. Марк. Я знал его. Личных контактов не было, слухи о его нежной душевной организации разлетались по университету быстро, хотя люди с финансами любят свои секреты и открыто о таком не говорят. Сэйдж плюхнулась рядом с ним на скамейку. Даже через объектив камеры я различал: она напряжена. Её улыбка вышла убогой — вынужденной, натянутой. Я был уверен, она не спала. Она прокручивала в голове вчерашнюю сцену. Мою сцену.