Книга Подонки. «Молись и проси», страница 49 – Кейт Блейз

Он возвращает руку под юбку, стягивает трусики вниз по бёдрам. Я помогаю, чуть приседая, и ткань падает на пол, на холодный линолеум библиотеки. Нокс продолжает целовать меня, не прерываясь, а его пальцы возвращаются к клитору, растирают его, кружат вокруг, нажимают. Я раздвигаю ноги шире, упираясь одной пяткой в нижнюю полку стеллажа, чтобы ему было удобнее. Он тяжело дышит от возбуждения, я чувствую это в его дыхании на своих губах.

Потом он медленно опускается на колени.

Я смотрю на него сверху вниз — и в первый раз вижу Нокса Восса на коленях перед собой. Это зрелище выбивает воздух из лёгких. Он закидывает мою правую ногу к себе на плечо, открывая доступ, и я придерживаюсь за верхнюю полку, чтобы не упасть.

Он проводит языком вдоль моей промежности, медленно, слегка раздвигая губы. Я вздрагиваю от неожиданности — никто никогда не делал мне этого. У меня был секс, но кунилингуса не было ни разу. Его язык горячий и влажный, и я чувствую каждый миллиметр, который оказывается под его языком. Он находит клитор, нажимает на него кончиком языка, потом берёт в рот и слегка посасывает. Из меня вырывается звук, похожий на стон и всхлип одновременно. Я знала в теории, благодаря просмотрам порно. Но никто не говорил мне, что язык может быть орудием не только для слов, особенно таким.

Нокс втягивает клитор в рот сильнее, начинает высасывать его, чередуя с круговыми движениями языка. Мои колени дрожат, я вцепляюсь в книжные полки, чтобы не рухнуть. Я смотрю вниз, встречаюсь с ним взглядом — его глаза блестят в полумраке библиотеки, и в них нет ничего, кроме желания. Он выглядит уязвимым, но это только внешне. На самом деле он полностью контролирует меня сейчас, каждую мою реакцию.

В момент, когда он вводит в меня два пальца, сгибая их внутри, он в унисон слегка прикусывает клитор, а после оттягивает его зубами. Меня простреливает от поясницы до макушки, я почти теряю сознание от этой волны. Он входит и выходит пальцами, синхронно с движениями языка, и внутри меня всё сжимается и разжимается с каждым его толчком. Я чувствую, как напряглись соски, трутся о ткань рубашки, и мне кажется, что я сейчас взорвусь.

И тут он останавливается.

Я задыхаюсь, смотрю на него, не понимая, почему он прекратил. Потом резко хватаю его за волосы и прижимаю обратно его лицо, не давая отстраниться. Он хохотнул и продолжил с новой силой.

Трахает меня пальцами жёстче, а ртом втягивает клитор, вылизывает и снова покусывает. Я кончаю с протяжным стоном, запрокинув голову, упираясь затылком в книги. Всё тело сводит судорогой, ноги подкашиваются, и я оседаю прямо на его лицо.

Он поддерживает меня, встаёт, не давая упасть, выравнивается в полный рост, помогая мне сохранить равновесие после оргазма, наклоняется и целует. Он смотрит на меня и говорит ровно, будто только что обсуждал погоду:

— Пока ты в хорошем расположении духа, я хочу у тебя кое-что спросить: ты поедешь со мной к моим бабушке и дедушке?

Я киваю.

Мои мысли ещё не вернулись на место, тело помнит только что пережитый оргазм, и я просто киваю, потому что не в силах говорить. Он целует меня в губы, коротко, почти нежно, и в этот момент в дверь стучат.

Я резко отталкиваю его, прижимаюсь спиной к стеллажу. Быстро наклоняюсь, подбираю трусики с пола, натягиваю их, пока он уже исчезает за углом между стеллажами. Поправляю юбку, вытираю губы тыльной стороной ладони, приглаживаю волосы, чтобы хоть как-то выглядеть прилично.