Книга В тени эмира. Шрамы на песке 2, страница 67 – Ирэн Блаватская

— Иди, и не дай Аллах тебе еще раз попасться мне на глаза, или я за себя не отвечаю, — процедил он сквозь зубы.

— Зачем ты держишь меня здесь, если даже видеть не хочешь? Чтобы отомстить? Заставить платить? — Напрасно Эми пыталась найти в его до боли любимом лице хоть каплю тепла, сострадания — оно оставалось холодным, даже надменным. — Я уже заплатила сполна. Твое безразличие страшнее любой пытки… Прошу тебя, дай мне уйти.

— И куда ты собралась?

— Какое теперь это имеет значение?

— Ты ведь знаешь, куда отправляются бывшие наложницы эмира…

— Мне уже все равно, лишь бы подальше от тебя, — устало выговорила девушка.

— Ну вот… уже честнее.

— Хватит… Хватит… Хватит… Это невыносимо… Я так больше не выдержу… — Мужчина напряженно молчал. — Отпусти меня…

— Отпустить? — Сделав над собой усилие, он разжал наконец руки. Вскрикнув от неожиданности, ее обмякшее тело опустилось на пол. Она подняла на него полные горечи глаза и столкнулась с его пренебрежительным взглядом.

— Теперь там твое место… в ногах, — презрительно произнес он. — Большего ты не достойна.

— Женщина в ногах… мечта любого мужчины, — грустно произнесла Эми.

— Нет, хабибти… Я мечтал совсем о другом… Я слишком высоко вознес тебя, но успех вскружил тебе голову. — И презрительно добавил: — Не рассчитывай на большее, не заслужила.

Оставив ее на полу, мужчина неторопливо отправился в гардеробную комнату, давая ей понять, что разговор окончен, говорить им больше не о чем… Всесильный эмир, как всегда, поставил заключительную точку.

— Фалах!.. — крикнула Эми вслед, не веря своим глазам, что он действительно уходит. — Не уходи, прошу тебя… мы ведь не договорили с тобой… Речь идет о моей жизни!

— Иди… Нам больше не о чем говорить… — Он даже не обернулся.

— Фалах… Пожалуйста... Услышь меня... Ты не можешь вот так уйти! — Он не отреагировал.

Эми в панике вскочила с места… Сволочь… Каждый день, каждую минуту, каждую секунду он убивает ее своим равнодушием, высокомерием, нелюбовью… тешит свое самолюбие, видя, как она страдает… и ему все мало… мало... На глаза попала небольшая фарфоровая ваза, стоявшая на столе.

— Ненавижу тебя, сволочь… Ненавижу! Лучше бы никогда тебя не знать! — в отчаянии крикнула она и, схватив ее, со всей силы кинула ему вслед…

Ваза пролетела мимо него и с грохотом ударилась об стену, осколки разлетелись по всей комнате… Только сейчас до нее дошло, что она сделала, и, закрыв ладонью рот, чтобы не вскрикнуть, она глазами, полными ужаса, уставилась на эмира.

Он остановился...

— Ты не успокоишься, пока не разнесешь тут все к черту, — сказал негромко и медленно повернулся к ней. По щеке стекала тоненькая струйка крови — возможно, это осколок вазы отлетел от стены и вонзился в кожу. Он коснулся ладонью щеки. Заметил на пальцах кровь. Несколько мгновений он молча смотрел на нее, на лицо как будто легла тень, а черные глаза еще потемнели и стали непроницаемыми.

Эми в ужасе отпрянула и, сделав пару шагов назад, уперлась в стол и застыла как овца на заклании, наблюдая за тем, как он стремительно приближается.

— Фалах, — прошептала одними губами, чувствуя, как тело перестало слушаться.

— Я предупреждал тебя держаться от меня подальше, — хрипло произнес он и провел пальцами по ее лицу, оставив на нежной белой коже следы своей крови. Все было совсем как тогда, на охоте, но с одной лишь небольшой разницей… тогда они любили друг друга, а сейчас были готовы друг друга убить...