Книга В тени эмира. Шрамы на песке 2, страница 111 – Ирэн Блаватская

Девушка давно потеряла ощущение времени. Ей казалось, будто они мчатся сквозь пустыню целую вечность — час, два, три… а может, и больше. Ночь смешалась с болью, страхом и бесконечным шорохом песка под копытами. Она уже совершенно не понимала, где находится и как далеко они успели уйти. Но сейчас это не имело значения. Главным было одно — удержать Хамида. Не дать ему умереть. Помочь спешиться. Привести в чувство. Заставить остаться здесь… не дать уйти.

— Хамид… очнись... пожалуйста, очнись… Хамид… — громко кричала Эми, хлопая его по ноге, по руке, по лицу, не в силах пошевелиться под его тяжестью, пока наконец он не замычал, приходя в себя, и немного отстранился.

— Хамид… как ты? Говори, не молчи… Не молчи, пожалуйста.

— Хорошо, — буркнул он.

— Ты сможешь спуститься? — она повернула к нему голову. — Я тебе помогу, но я не смогу без твоей помощи… Ты слышишь?

— Да…

Оставив его в седле, Эми быстро спустилась. Но стоило ей оказаться на ногах, как сразу закружилась голова, а тело напомнило о себе одной сплошной раной и грозилось рассыпаться по частям. Времени раскисать не было совсем… не сейчас… Несколько раз глубоко вдохнув, постаралась собрать себя и, подойдя к коню сбоку, протянула к мужчине руки.

— Давай, спускайся, я поддержу тебя, — почти ласково проговорила девушка.

— Все хорошо… Уйди. — И, отстранив ее рукой, спустился на землю, но не смог удержаться на ногах, свалился и скатился по склону к подножию бархана.

— Хамид… Хамид… — в кромешной тьме девушка на ощупь спустилась следом и, ориентируясь на едва уловимый хрип, нащупала его. Мужчина лежал на животе, уткнувшись лицом в песок. Быстро повернув голову в сторону, чтобы он не задохнулся, ладонями протерла лицо.

— Ты меня слышишь? Хамид…

— Да... Я в порядке, — прохрипел он.

Когда пальцы Эмилии коснулись его спины, из её груди вырвался невольный сдавленный вскрик. Под ладонью была не кожа, а горячее пульсирующее месиво. Рубашка превратилась в жалкие, впитавшиеся в плоть ошметки, перемешанные с забившимся в раны песком и пылью пустыни. Кровь — густая, темная — продолжала толчками уходить в сухую землю, которая жадно впитывала жизнь ее единственного защитника.

«Останови это... Господи, останови...» — билось в голове набатом. Но как? В этой бесконечной пустоте, где нет ничего, кроме тьмы и ветра, она была безоружна перед лицом смерти. Промыть? Перевязать? Вся его спина была одной сплошной кровоточащей брешью. Дрожащими руками она схватилась за подол своего платья, пытаясь оторвать хоть полоску ткани, но шелк лишь беспощадно резал пальцы. Сабля — пронеслось в голове… его сабля... на ремне... Там, где всегда висела сабля, нащупала разорванные петли — очевидно, ножны сорвало под его тяжестью при падении. Отчаяние накатывало тяжелыми волнами, утягивая в темную бездну страха и бессилия… но она упрямо цеплялась за остатки надежды, не позволяя себе опустить руки.

Пригнувшись, впилась зубами в край ткани. В ту же секунду резкий приторно-железный запах крови ударил в ноздри, вызывая мучительный рвотный спазм. Голова закружилась, мир на мгновение погас. Сдерживая подступающую к горлу рвоту, дрожа всем телом, она снова и снова рвала ткань зубами, пока наконец не оторвала длинный лоскут. Пальцы дрожали так сильно, что почти не слушались. Боясь причинить ему еще большую боль, Эми осторожно накрыла тканью его изуродованную спину. Тотчас раздался едва слышный надрывный стон.