Книга В тени эмира. Шрамы на песке 2, страница 110 – Ирэн Блаватская

— Хабибти… хабибти, — едва слышно шептал он, целуя ее в голову.

По шуму, доносившемуся с улицы, стало ясно, что там шла настоящая битва, и надо было спешить. Она попыталась пошевелиться, обнять за плечи своего спасителя, поблагодарить, но затекшие руки безжизненно висели вдоль тела как плети. Да и тело, крепко прижатое к нему, почти как чужое, совсем не слушалось. От бессилия слезы снова потекли из глаз… а опухшие губы в кровоподтеках едва слышно прошептали:

— Воды…

— Сейчас, хабибти… Сейчас... — Мужчина быстро достал из кармана небольшой дорожный бурдюк с водой и, все еще прижимая ее к себе, осторожно поднес горлышко к истерзанным губам и напоил ее.

— Хамид… Хамид… — прошептала Эми, желая поблагодарить его, но не смогла произнести ни слова, только полными слез глазами смотрела на своего спасителя…

— Моя вина… Никогда не прощу… — процедил он сквозь зубы и, не обращая внимания на ее наготу, так же осторожно взял ее на руки и поднялся.

Девушка крикнула от ужаса, когда ее взгляд случайно упал на зверя на полу, который безжалостно издевался над ней всю ночь, а теперь лежал в луже собственной крови и бился в предсмертной агонии. И почувствовала, как все содержимое желудка устремилось к самому горлу, рискуя выбраться наружу.

— Не смотри туда… Тебе незачем это видеть. — Хамид резко прижал ее лицом к своей груди и быстро шагнул в темноту.

Крепко прижимая к себе ослабевшее тело девушки настолько, что отчетливо чувствовал, как стучит ее сердце, он спустился по каменным ступеням вниз и, перешагивая через трупы воинов-мухсинов, которыми был усеян весь пол, вышел в черноту ночи. Отовсюду доносились крики людей, стоны, выстрелы, ржание лошадей, удары сабель, лязг металла… а вокруг беспросветная темень. Оставалось только догадываться, как в такой темноте воины могли видеть друг друга и не спутать случайно своего товарища с врагом.

Хамид негромко свистнул, и спустя секунды его конь, как черный демон, появился из темноты. Мужчина быстро усадил на него обессилевшую девушку и, перекинувшись парой фраз с кем-то из мужчин, которых Эми не смогла разглядеть в темноте, вскочил в седло. Быстро обняв ее за талию, прижал к себе и пришпорил коня.

— Хамид… Хамид… Ты в порядке? — Эми серьезно забеспокоилась, пыталась разглядеть его лицо, но во мраке ночи это было почти невозможно сделать.

Ни луна, ни звезды не освещали ночного неба — очевидно, оно было затянуто тучами, хотя днем все было как обычно: светило солнце и ни одно легкое облачко не омрачало ясного голубого неба.

— Почему ты молчишь? Хамид… — почти крикнула девушка, чувствуя, как рука мужчины, удерживающая ее за талию, заметно ослабла. Он уже не так уверенно держался в седле. Огромное сильное тело все чаще опасно качалось из стороны в сторону, словно мужчина из последних сил цеплялся за сознание, ускользающее от него вместе с кровью. С каждым мгновением становилось все очевиднее — силы стремительно покидают его. А потом он вдруг тяжело навалился ей на спину всей своей массой, обжигая дыханием шею.

— Хамид… — испуганно позвала девушка, стараясь перекричать свист ветра. — Хамид, ты слышишь меня?

Но в ответ — ничего. Ни слова. Ни движения. Только тяжелое хриплое дыхание, становившееся все слабее. Внутри все похолодело от страха. Возможно, он уже потерял сознание… а может, был на грани. Еще немного — и просто рухнет под копыта коня в эти бескрайние равнодушные пески. Этого нельзя было допустить. Резко перехватив поводья из его ослабевших рук, Эми натянула их на себя, заставляя измученного коня остановиться. Животное тревожно захрапело и встало, тяжело раздувая бока после безумной скачки.