Книга Развод. Осколки идеальной жизни, страница 102 – Лея Вестова

— Рассматривается дело по иску гражданина Соколова Олега Андреевича к гражданке Соколовой Алисе Дмитриевне об изменении порядка определения места жительства несовершеннолетнего ребенка, — произнесла она официальным тоном. — Слово предоставляется истцу.

Адвокат Олега, высокий мужчина с седыми висками и неприятно самоуверенной улыбкой, начал с представления «новых доказательств» — целой папки документов, которую он с почти театральной серьезностью положил перед судьей.

— Ваша честь, — заговорил он глубоким, хорошо поставленным голосом человека, привыкшего к публичным выступлениям. — Мой клиент, Соколов Олег Андреевич, обеспокоен благополучием своего сына, находящегося под опекой бывшей супруги. У нас есть основания полагать, что ребенок подвергается негативному психологическому воздействию в текущих условиях.

Он методично, почти с удовольствием, перечислял мои якобы «недостатки»: эмоциональная нестабильность, неспособность обеспечить ребенку должный уровень жизни, «аморальное поведение». Каждое слово было как удар хлыста, и мне приходилось прикладывать неимоверные усилия, чтобы сохранять спокойствие, как советовала Екатерина.

— Кроме того, — продолжал адвокат, — у нас есть доказательства, что госпожа Соколова находилась в интимных отношениях с господином Астаховым еще до официального расторжения брака с моим клиентом.

Он извлек из папки несколько фотографий и передал их судье. Я не могла видеть, что на них изображено, но по тому, как Екатерина едва заметно напряглась, поняла, что подделки были качественными.

Когда пришла очередь защиты, Екатерина Максимовна встала и положила перед судьей свою папку — с цветными разделителями и аккуратными закладками. Её движения были спокойными, уверенными, а в глазах читалась профессиональная сосредоточенность.

— Ваша честь, — начала она, — прежде чем мы перейдем к опровержению обвинений, выдвинутых против моей клиентки, я хотела бы обратить внимание суда на систематический характер давления, которое оказывает на неё бывший супруг.

Она методично разбирала каждое обвинение, представляя опровержения, доказательства, экспертные заключения. Её аргументация была логичной, последовательной и убедительной.

— Что касается предполагаемых «интимных отношений» с господином Астаховым до расторжения брака, — Екатерина сделала паузу, — мы готовы предоставить суду доказательства того, что представленные фотографии являются подделкой. Эксперт-криминалист Игорь Васильевич Лебедев, чье заключение я прилагаю к материалам дела, обнаружил явные следы цифровой манипуляции.

Она передала судье еще одну папку с заключением эксперта. Боковым зрением я видела, как Олег напрягся и что-то прошептал своему адвокату, который в ответ лишь бессильно развел руками.

А затем Екатерина достала ещё одну папку — черную, с золотым тиснением — с материалами от Дарьи и Алексея Баранова, нашим последним козырем.

— В этой папке, ваша честь, содержатся доказательства систематического использования господином Соколовым незаконных методов давления не только на бывшую супругу, но и на других деловых партнеров. Записи разговоров, документы, свидетельские показания — всё это подтверждает, что нынешний иск является не попыткой защитить интересы ребенка, а очередным шагом в кампании преследования Алисы Дмитриевны.