Книга Жуля, я и снежный роман, страница 79 – Ана Ховская

— Угу, – смутилась я, пряча глаза и ныряя носом в шарф.

Иван оглянулся на ту горку, с которой мы так удачно съехали, а потом – вокруг.

— И как нам теперь подняться? Ты это место наверняка знаешь как свои пять пальцев? Если обойдём по равнине, не утонем в какой-нибудь яме?

Я высморкалась, прищурилась, приставила ладонь ко лбу козырьком и огляделась.

— Туда точно не пойдём, – махнула вправо, – а вот тут всегда была дорожка… – кивнула влево. – Только круг придётся сделать, чтобы и правда не утонуть.

— Значит, поползли? – улыбнулся Иван.

— Давай немного передохнём, – уже с облегчением попросила я и кивнула на упавшее дерево. – Посидим чуток, а то дыхалки не хватит…

Мы взобрались на бревно, оседлали его. Жульку я поставила между нами и положила ему на спину ладонь, чтобы не соскользнул. Но тот улёгся, будто всю жизнь тут лежал, и довольно завертел головой, мол, давайте уже, не кипишите.

— Здорово тут! – осмотрелся Иван, щурясь от солнца.

— Летом вообще круто. Не хуже чем заморские джунгли, – согласилась я и махнула на горы: – А если уйти туда, то такие виды открываются, не захочется возвращаться в душный город.

— Я люблю походы, – признался Иван, подставив лицо солнцу. – И вообще вот такие тихие уголки…

— И я. Мы с Жулькой как-то ушли недалеко, но мне хочется продолжить маршрут, – поделилась с удовольствием и засмотрелась на чистое лицо Ивана, на котором сами черты говорили о том, какой он добрый, искренний… хороший. – Присоединяйся, если будет время… – выдала неожиданно для себя.

Иван открыл глаза и замер на мне зелёными омутами. И я не отвела своих.

Вот смотрела бы и смотрела… Красивый ты парень, Ваня! Эх, Стрельцова, точно пора приземляться… Найду такого же…

Только ни о ком другом не думалось. Хотелось Ивана, потому что всё в нём отзывалось во мне.

Пауза затянулась. Жулька затих и молча поглядывал на нас, будто тоже чего-то ожидая. Я уже и сама почувствовала, что веду себя слишком откровенно…

И тут, как спасение, в кармане запиликал телефон.

Жулька гавкнул, я поправила шапку и влезла в карман.

Маман! Ей-то чего? Хотя вовремя ты…

Однако прислонила телефон к носу и мазнула по экрану, сбрасывая звонок.

— Не важный звонок? – кивнул на трубку Иван.

— Мама, – буркнула я.

— С ней всегда так сложно?

Я лишь молча закатила глаза к небу и сморщила нос.

— Что скажешь: чудо-женщина!

— Ты тоже чудо, но совсем другая, – задумчиво протянул Иван, продолжая смотреть на меня.

Хорошо, что щёки от мороза красные.

— Пойдём потихоньку. Нам ещё ползти и ползти, – растянула губы в улыбке, пряча смущение, и попыталась спуститься сама, но настоящий джентльмен не позволил: сам спрыгнул, хоть и утонул, фыркнул, выпрямился и протянул руки. Сначала спустил Жульку, а потом меня.

Эх, как же приятно! Ведь вроде и Вадик так делал, но всё равно уже не родной…

Я неловко отряхнулась, стараясь не смотреть на Ивана, но краем глаза всё‑таки подметила, как тот, неторопливо отряхивая себя, посматривает на меня с той загадочной, лёгкой задумчивостью.

Молча указала направление кивком, и мы поплыли по этому снежному морю. Однако шлось нам вполне комфортно, хоть и утопали порой в снегу по колено, но было как-то уютно и весело, что ли. Солнце согревало воздух, усилия при каждом шаге распаляли изнутри.