Книга Жуля, я и снежный роман, страница 37 – Ана Ховская

Жуля обиженно покосился на меня и поплёлся к подушке, лёг и отвернул морду к окну.

Вдруг разом зазвонили наши телефоны. Только взглянув на экраны, Иван улыбнулся, а я поморщилась – маман.

Краем глаза следя за Иваном, отошедшим в другую часть комнаты, приняла звонок.

— Доня, у тебя там свет отключили?

Божечки, мы ещё не поняли, что произошло, а она уже в курсе!

— Да, мам, – включила стандартно вежливый режим и перевела глаза на Ивана.

Тот тихо, но заметно ласково говорил с кем-то, явно с женщиной. В груди тоскливо сжалось. Я бы хотела такой же теплоты от Вадика, а его как подменили.

Хотя, может, это у меня «шторки открылись»?

— И что теперь, доня?

— Да, мам… – натянуто улыбнулась, заметив, как Иван гладит затылок – типичный жест смущённого влюблённого мужчины.

— Что «да, мам», Евгения?! – повысила голос маман.

Я поморщилась от сирены в трубке и вздохнула:

— Да всё хорошо. Извини, у меня тут дела… пока совсем не стемнело. Не волнуйся.

— Звони мне, когда включат… – прокричала напоследок она.

— Ага, это значительно облегчит ситуацию! – хмыкнула, убирая телефон в карман штанов.

Я уронила плечи и взглянула на тихонько сидящего Жульку, как-то сочувственно косящегося то на меня, то на Ивана.

— Иди ко мне, лапа! – протянула руки к манюне.

Жулька тут же прыгнул на руки, как будто даже ободряюще улыбнулся.

— Что-то не везёт нам с тобой в этом году, – вздохнула и жалостливо уткнулась лбом в горячую мордашку.

Проводив Ивана на улицу, я встала у кухонного окна, выходящего на крыльцо, и смотрела, как тот, слегка прихрамывая, бодро счищает снег со ступеней – лопата так и сверкает в воздухе. Потом принялся расчищать проход за дом, где у стены лежали чурбаны.

Когда Иван скрылся за углом, я перешла в гостиную, немного прибрала, расчистила очаг. Вскоре послышались тяжёлые удары – Иван приносил чурбаны и бросал их у крыльца. Затем снял пуховик и стал так лихо махать топором – щепки летели.

Что тут скажешь: настоящий мужчина – и в Горном Щите бравый дровосек!

Жуля с удовольствием наблюдал за ним с подоконника, изредка вздрагивая от резких звуков и сопровождая каждый удар одобряющим «гав». Я под музыку из рождественского плей-листа делала новые бутерброды с икрой.

— Что за шум стоит? – спустился сонный Вадик и, разминая плечи, вытаращился в окно. – Что этот ненормальный делает?

Я лишь мягко улыбнулась.

Нет, дорогой, он-то как раз нормальный. Повезло Катюше!

Да, городским парням не нужно чистить снег, рубить дрова, но как же они размякли, превратились в зануд, протирая штаны в офисах. Тут Иван прав, с таким и в тундре не пропадёшь.

Тряхнув головой, снова возвращая себя на землю, повернулась к Вадику:

— Поможешь ему дрова занести?

— У меня нет тёплой одежды, – сказал тот, сел за стол и вынул свой телефон.

— Надень мой пуховик.

— Я его порву, – усмехнулся он.

— Ясен пень, – проворчала и разочаровано поджала губы.

Такое ощущение, что я попала в другую реальность – столько открытий. Кто этот человек? С кем я жила целый год?

Снова посмотрела на Парфёнова. Тот сидел так спокойно, будто происходящее его совершенно не касалось, – инопланетянин в моей новой реальности – и важно переписывался с кем-то. Это не удивительно, он часто ведёт переписку: поставщики и покупатели из разных областей и краёв, но ему всегда хватало вежливости, чтобы помочь в общем деле, если был свободен. А что сейчас могло быть важнее нашего общего комфорта? Кто работает первого января?