Книга Жуля, я и снежный роман, страница 118 – Ана Ховская

Не думала, что так быстро сюда вернусь. Дом встретил пустотой и холодом, будто здесь никто не жил лет сто.

— В конце концов, это наш дом! И пора наполнить его жизнью! – подмигнула я Жульке и впустила его первым.

И сразу же, как в кино, по коридорам заплавали призраки гостивших парней в этот сумасшедший Новый год: улыбались, кривлялись, ворчали, переглядывались… мелькали красные шаровары… Даже Жулька застыл, осматривая коридор, будто тоже увидел прошлое.

Чемоданы и коробки с пакетами с кое-чем прикупленным расположились пока в коридоре. Жулька отмер и заметался между ними, обнюхивая каждую вещь и подпрыгивая на месте от холода. Снова проверка всех систем, готовности «к взлёту», оживление камина, пока котёл разгонит тепло по дому.

К обеду позвонила дядь Мише и попросила не забывать меня и чистить дорогу вовремя, так как теперь я стала официальным жителем горного домика. Тот обрадовался и обещался быть начеку, дал несколько контактов разных служб на всякий случай, но просил в первую очередь звонить ему: заботился!

В этот же день я заменила замки, заказала несколько горшков с живыми цветами и генератор на бензине (на случай, если отключат электроэнергию). Сделала лёгкую перестановку мебели в гостиной, сменила шторы, пледы на диване, чтобы ничего не напоминало о грустном…

К вечеру мы с Жулькой рухнули на диван перед телевизором, как два выжатых лимона.

— А что, хорошо у нас, Жуль! Чистый воздух, благословенная тишина… Медведи да волки в охране, – выдохнула я, уставшая, но довольная.

Манюня мгновенно вытянулся вдоль бока и вздохнул так, будто генералил вместо меня.

— Живём? – спросила я, зарываясь пальцами в мягкую шёрстку Жульки, и почесала по рёбрышкам.

Тот смешно задёргал задней ногой и зевнул с тонким писком.

— Милашечка такая, сил нет оторваться от тебя, – умилённо улыбнулась и тихо выдохнула в потолок: – Живём!

Жулька ткнулся носом мне в подмышку – и тут же вырубился без задних лап.

А я ещё немного лежала в непривычной тишине, глядя в потолок, вспоминая, как прошли последние дни. Новый год закончился, дальше будничное настроение возьмёт разгон, а чуда всё ещё хотелось.

Что ж, Стрельцова, иногда чудо не сразу – это тоже вариант. Может, ещё повезёт…

10 января

Наутро я проснулась с ощущением, что дом задышал вместе со мной. В моей маленькой жизни всё складывалось хорошо, и отчаиваться не было смысла. Кому‑то сейчас приходилось гораздо хуже.

Пока на кухне готовился завтрак, обед и ужин – варились овощи и пёкся мой первый в жизни пирог, я занялась уборкой второго этажа, освободила шкафы от старых и чужих вещей, распаковала чемоданы и расставила свои аксессуары.

Я суетилась, наводила порядок, протирала несуществующую пыль (откуда бы ей взяться, если тут никого не было, а мы с манюней аккуратисты?), а сама нет-нет и замирала у окна во двор: всё казалось кто-то должен появиться.

— А вдруг появится Иван? – сказала вслух, когда Жулька вопросительно уставился на меня. – Ну вдруг! Просто придёт поздравить с прошедшим Рождеством, сказать «Береги себя». По-человечески попрощаться…

Жуля заскулил и грустно покачал хвостом.

— Хотя зачем ему это? Он давно уже радуется жизни с Катюшей и тайком сочувствует, вспоминая, кто сделал мне предложение, очевидно, думает, что я согласилась. Ведь я же «люблю Вадика».