Книга Метка Хорса, страница 23 – Галина Нифонтова

— Чтобы душа умершего не нашла обратную дорогу до своего дома, дочь моя, — Светозар с грустью обнял Зоряну за плечи. — А чтобы путь не запомнила от могилы до жилища, нужно нести ногами вперед. Иначе душа захочет вернуться и может до смерти напугать живого или вовсе забрать его с собой.

Зоряна поежилась и плотнее закуталась в свою шубку.

Когда вынесли Любомира, из жилища вышла его жена. Она полностью была в белой одежде, прошитой белыми нитками — траурном цвете. Все лицо женщины исцарапано, но шла она тихо и не показывала никаких чувств.

Все жители деревни направились через реку, к месту обряда перехода души в следующий мир и захоронения останков. Впереди несли умершего. Позади шла жена, жрец и староста поселения, а за ними все остальные жители.

Дойдя до места, все подошли к Кроде — большому будущему ритуальному костру, который был сложен из бревен, высотой с человека. Рядом горело огневище — священный костер. Недалеко возвышался высокий идол.

Мужчины поместили тело охотника на ложе, которое находилось на самом верху Кроды. Жрец ножом прочертил круг вокруг сложенных бревен и начал свое обращение к Богам. Все жители деревни, вместе с Пересветом, запели ритуальные песни.

Подношения Богам оставили на большом плоском камне.

Жена Любомира подошла к своему мужу с его луком и копьем в руках. Положила их рядом с ним на ложе и в последний раз поцеловала мужа в холодный лоб.

Любимые вещи умершего следовало отдавать при переходе в другой мир вместе с ним, чтобы душа его не решила вернуться за ними.

После завершения прощания, жрец Пересвет со специальным ритуальным факелом подошел к священному огневищу, зажег факел и направился к Кроде поджечь бревна.

Все было пропитано смолой, но погребальный костер не зажигался. По толпе прошлись шепотки. Жрец нахмурил брови. Он читал молитву и пробовал зажечь вновь. Но ничего не происходило. Огонь с факела только облизывал бревна и вновь пропадал.

Зоряна почувствовала внезапную жалость к жрецу и искреннее желание помочь умершему в отделении на костре его души от тела. Она сделала шаг вперед, но ее остановили, схватив за руку. Девушка обернулась. На нее смотрел батюшка Светозар и неодобрительно качал головой. Не принято было влезать в ритуалы жреца.

— Я помогу, — прошептала она.

Староста, немного поколебавшись, разжал пальцы и отпустил руку дочери.

Зоряна подошла к удивленному жрецу. Они стояли спинами к остальным жителям деревни. Жрец что-то нашептывал и смотрел на горящий факел в своей руке.

Зажечь погребальный костер нужно было как можно скорее. Солнце садилось. Считалось, что оно поможет душе, разъединенной от тела костром, попасть в загробный мир в долину своих предков. Но костер все не загорался…

Зоряна молча протянула Пересвету свою правую руку. Жрец коснулся ее свободной рукой и с удивлением взглянул на Зоряну. Ладонь девушки была неестественно горячей, как в прошлый раз на капище, когда она была еще совсем ребенком.

— Давайте попробуем вместе, — Зоря кивнула Пересвету и положила горячую ладонь на его руку, которой он держал факел.

Огонь тут же вспыхнул еще ярче, а сзади послышались удивленные вздохи.

Зоряна и жрец двумя руками поднесли факел к Кроде. Огонь колыхнулся, лизнул бревна и быстро расползался в разные стороны. Девушка со жрецом сделали несколько шагов назад. Огонь начал пожирать всю постройку, и почти сразу загорелась вся Крода. Тело охотника Любомира скрылось за пеленой огня и дыма.