Книга До встречи в Дубае, страница 105 – Виктория Короткова

— Кстати, как твой сеанс? — спросила Жанна.

— Да, мам, ты так и не рассказала, — поддержала ее Ева.

— Да что там рассказывать? Прорвало меня конкретно — надо продолжать работать над эмоциями. Ничто не забыто, никто не забыт.

— Ты справишься! — уверенно заявила Жанна.

— Мы справимся! — Ева вновь подошла и обняла.

— Я знаю, дорогая, я знаю. Обязательно справимся.

Мы еще раз оглядели помещение и картины и собрались уходить.

— А что значит «Синий час»? — спросила Ева.

— Ну наконец-то вы спросили, — засмеялась Жанна. — Я взяла выражение из французского «L'heure Bleue». «Синий час» — это время между закатом и ночью. Другим словом — сумерки.

— Как красиво! — восхитилась Ева.

— «Синий час» в Дубае — это отдельная магия. Мы же с классом всегда садились рисовать после работы, когда солнце уже уходило, жара спадала, небо становилось глубокого индиго, а огни города только начинали зажигаться. И когда встал вопрос о названии, мне сразу пришло в голову это состояние души.

— Поэтому там много синей краски преобладает в твоих картинах?

— Ага! Синий еще и мой любимый цвет. В принципе, я потому и запомнила это выражение. Ну что, пройдем дальше?

Мы вернулись ко входу и проследовали вглубь. Нас встретило помещение поменьше, но такое же светлое и наполненное вдохновением. Здесь уже присутствовал творческий беспорядок. Брызги краски были на стенах и на полу — видно было, что Жанна активно работала в свободное время.

— Ой, брызги на стенах так классно смотрятся! Мам, а можно мне также в комнате?

— Ни в коем случае!

Я представила это и ужаснулась. Мы снимали квартиру, и портить имущество было запрещено. Но эта идея очень понравилась Жанне. Она зависла в одной позе, а когда ожила вновь, то задумчиво оглядела светлые стены.

— А ты абсолютно права!

Жанна зарылась в коробке с красками, достала большие кисти, смешала нужные цвета и принялась разбрызгивать, не заботясь о гостях. Вскоре мы не только стали разноцветными, но и активно принимали участие в создании уникального рисунка.

— Ева! У тебя глаз алмаз и богатая фантазия! Это надо развивать! Приходи ко мне помогать. Я как раз ищу себе помощницу.

— Так стоп. Еве всего двенадцать! Не думаю, что даже в этой стране можно так рано работать.

— Мне скоро тринадцать!

— Ой, ну ладно тебе! Здесь она в безопасности.

Жанна протянула салфетки, чтобы мы стерли краску с кожи. Это помогло.

— Хорошо, я подумаю. Но не в ущерб учебе и дополнительным занятиям.

— Как скажешь, мамочка.

— Так, — Жанна огляделась. — Тут теперь пахнет красками, так что чай пьем в патио.

— Точно! У тебя же есть патио! А я и забыла, — обрадовалась я.

— А что такое патио?

— Внутренний дворик. У меня тут фонтанчик, пальмы, мягкие подушки на каменных скамьях, — в общем, все для релаксации. Но и это еще не все!

Жанна сбегала к чайнику и вернулась с заваркой и чашками. Мы тут же достали пирожные, о которых успели забыть.

— Жемчужина этого места — терраса на крыше.

— Не может быть! — пришла в неистовство Ева. — А можно нам туда?

— Конечно! Это самый важный уголок для меня. Оттуда видно море — вдалеке, но все же — и закат. Когда что-то меня гложет, я прихожу сюда и всегда нахожу решение.

— Я бы здесь жила! — не успокаивалась Ева.

Я тихо улыбнулась. Давно я не видела дочку настолько счастливой. Внутри потеплело.