Книга Аморальный, страница 47 – Алайна Салах

Вот в чём она молодец — тем, что ей дважды повторять не надо. Сразу отмирает, плащ на вешалку и топает в гостиную.

По пути оглядывается, как в музее, потом вдруг останавливается и трогает стену.

— Я думала, это плитка, а это настоящее дерево… — тянет. — С ума сойти.

— Если себе дома такое захочешь сделать — не советую. Чтобы панели не сохли, увлажнители должны круглосуточно ебашить, а ещё всю эту херобору надо пять раз в год воском натирать.

— Всё равно. Если когда-нибудь смогу себе такое позволить, сделаю обязательно, — улыбается. — Тебе, наверное, это часто говорили: но у тебя очень красивый дом. Понятно, что дорогой, но ещё и сделан со вкусом. Ведь часто бывает так, что денег вложено много, а стиля нет.

— Если уж понтоваться, то со смаком, — усмехаюсь. — Ширпотреб я не перевариваю.

Эта моментально насупливается.

— Не все могут позволить покупать себе дорогое.

— Ясен хер. Но у меня даже когда денег не было, всегда выбирал пиздатое. Поэтому железяка твоя меня бесит. Ты сама-то внешне дорогая, а кольцо вообще мимо.

— Это сейчас был комплимент?

— А то ты сама себя в зеркало не видишь. Тебя оформить как надо — будешь вообще слюнопускательная.

— А я думала, что и так хороша, — нос задирает и смотрит на меня не мигая. Ну чего я ей, объяснять, что ли, буду, в чём разница между ухоженной тёлкой и смазливой мордашкой? Да и кусать её не хочется — не то настроение. Так-то она и без модного прикида более чем. Есть в ней что-то кайфовое, реально. В одном — поймёт там, где другие хуй допрут, в другом — упрямая, как сука и за принципы свои кусает. Короче, интересная.

— Хороша, хороша, — ворчу. — Я, короче, пошёл переодеваться, ты тоже дуй. Вон там прачку видишь? В шкафах найдёшь полотенца и халаты. Слева душ гостевой. В ящиках покопайся — должны быть зубные щётки.

Через полчаса выходит в гостиную, замотанная в халат.

— Что, и фен нашла? — усмехаюсь, глядя на её волосы.

С распущенными ей, конечно, пиздато — я даже залюбовался. А то в рестике она вечно с пучком гоняет и в форме дешманской, которая кого угодно испортит. Зато в халате хаяттовском — прямо секс.

— Да. И фен, и зубную щётку. Только резинку для волос потеряла… — она виновато гримасничает. — В ящике лежала чья-то, но я не стала брать.

Наверняка Дианкина. Сказал же этим дурам из клининга, чтобы всё бабское выкинули к херам. Но Эмма, конечно, не Светка — чужое не станет напяливать. Брезгливая и с принципами.

— Вино будешь? — я киваю на бутылку. Вижу панику в её глазах и успокаиваю. — Не ссы, ни нажираться, ни тебя спаивать не планирую. Просто вкус люблю.

— Говорят, красное вино в небольших количествах даже полезно, — неожиданно поддакивает она и ныряет в кресло. — Налей, если не трудно, но только чуть-чуть. Просто, чтобы вкус оценить.

Наливаю, протягиваю ей. Чтобы не сидеть в тишине, врубаю телек фоном. Дождь за окном как хуярил, так и хуярит, но сейчас это даже в кайф. На шашлычке с мокрой жопой мне не заходило, а сейчас вполне. Обстановка реально домашняя, как будто снова не один живу.

— Ну что, выпьем за хорошую погоду? — предлагает она, понюхав бокал.

— Давай.

Я чокаюсь и ненароком пялюсь на её коленку, торчащую из-под халата. Инстинкт, ясен хер, берёт своё. Я уже полмесяца на сухом пайке и только дрочу по утрам, а она под халатом точно голая.