Книга Слаще, чем месть, страница 110 – Кейси Уэст

— Что мы рассчитываем увидеть? – спросил он. – Хочу понимать, как реагировать.

— Присоединяюсь, – сказала Дежа. – Ты с самого объявления будто язык проглотила. Какого расклада ты ждешь?

— Не знаю, – ответила я и сказала правду.

Что бы ни случилось дальше, я надеялась только, что от этого мне станет легче.

— Сомневаюсь, что все эти люди слушают твой подкаст, – заметил Макс. – По-моему, они самозванцы.

— Он не говорил, что это обязательное условие, – сказал Ли.

Когда я ступила на резиновое покрытие беговой дорожки вокруг поля, вокруг зазвучали голоса:

— Что это? Откуда здесь взялась эта штука?

Я попробовала встать на носочки, но вид все еще загораживала толпа.

Дежа потащила нас сквозь людей. Мы поплелись за ней, как вагоны за локомотивом.

— Всем привет! – из микрофона послышался голос Тео.

Колонки резко скрипнули, и все застонали.

— Ой, простите. Так лучше? Раз-раз. Вообще-то я не спец говорить в микрофон. Это не мой конек.

Теперь обошлось без жуткого скрежета. Он был прав: его конек – это закрываться от всех, воткнув в уши наушники, следить со стороны за школьными активностями, в которых он вообще-то должен участвовать, и оберегать свое личное пространство.

— Не ожидал, что придет так много народу. А Финли здесь? Кто-нибудь видел Финли? – продолжал он.

По стадиону пронесся гомон; казалось, все принялись выискивать меня взглядом.

— Она здесь! – вскинув руку вверх, крикнула Дежа.

Толпа обступила меня еще крепче, и я оказалась зажата в кучке людей, которые выталкивали меня, насколько я могла догадываться, к центру футбольного поля. Может, он собирается объявить всем, что я умею пинать мяч? Заставит пробить перед всей школой? Неужели он не понимает, какие эмоции это у меня вызовет? Но едва мне пришла в голову эта мысль, как сквозь толпу я разглядела какое-то ярко-голубое пятно.

— Неужели это…

И тут меня вынесло прямо к ней – спасательной будке, которую я до этого видела только в бинокль сквозь железные ворота в бывшем доме Эндрю Ланкастера. У меня захватило дух. Она выглядела совсем как в бабушкиных рассказах. Вся в рисунках с серферами и океаном. Я знала, что если обойду будку сзади, то увижу силуэты Эндрю и бабушки. Разве он не закрасил все еще полвека назад? Но в правом углу постройки, возле двери, я заметила его автограф и год – 2015, а следом надпись: «В память о моей первой любви». Будка так меня заворожила, что только теперь я задалась вопросом, как она вообще здесь оказалась.

Будто прочитав мои мысли, Тео опять подал голос. Оглядев поле, я нашла его у дальней части будки: он стоял с микрофоном в руках, нежно смотря на меня.

— Для тех, кто не слушает подкаст Финли: советую начать, чтобы понять, что это за штука. Эта будка – часть биографии ее бабушки. И я надеюсь, что она станет и частью биографии Финли, потому что сейчас она символизирует мои извинения перед ней. Вы наверняка смотрели то видео, где я веду себя как придурок, – продолжал Тео. – Где говорю о Финли, словно она вещь, которую можно присвоить или украсть. Это не так. За последний месяц ей не раз публично причиняли боль, и я решил, что она заслуживает и публичного извинения. Финли, моим действиям нет оправдания, и я прошу за них прощения. А теперь мне бы хотелось пообщаться с ней наедине, так что пойду-ка я узнаю, готова ли она вообще со мной разговаривать.