Книга Не могу (не) любить, страница 104 – Мария Свами

Орлов замер. Он не нашёлся, что сказать. Внутренности будто мясорубкой порубили. «Расставание, расставание, расставание» — повторял он про себя, и от этого слова становилось физически больно. «Нет, нет, нет» — мысленно возражал он.

Орлов вылетел из отдела международных переговоров и пулей бросился к себе в кабинет. На входе в приёмную он сбил какого-то парня — тот едва успел отпрыгнуть в сторону, выронив папку с документами.

— Простите! — на ходу бросил Сергей, даже не остановившись. Напугал Ольгу — секретарша вздрогнула, когда дверь распахнулась с грохотом, и едва не опрокинула чашку с кофе. А следом задел край стола: горшок с фикусом покачнулся, упал и разбился, рассыпав землю по полу.

— Сергей Викторович… — начала Ольга, но Орлов уже пронёсся мимо.

Ворвавшись в кабинет, он захлопнул дверь, запер её на ключ и, тяжело дыша, обхватил голову руками. Уселся в кресло, сгорбился, чувствуя, как внутри всё дрожит. В ушах до сих пор звучали слова Александры: «Я очень переживаю, как ваши родители воспримут потом новость о нашем расставании…»

— Я не могу этого допустить, — судорожно шептал он, сжимая пальцами виски. — Не могу её потерять. Только не это… Нужно что-то сделать. Но что?

* * *

Сергей помог Александре выйти из машины. Воздух сегодня был колючим — ощутимо похолодало, и сырая каша на дороге схватилась ледяной коркой, превратив каждый шаг в испытание. Он осторожно поддержал её под локоть, пока она осторожно ступала на обледеневшую дорожку. Лишь убедившись, что она твёрдо стоит на ногах, он мягко отпустил руку.

— Сашенька! Серёжа! — раздался звонкий голос Надежды Юрьевны: она спешила к ним навстречу, чуть ли не порхая. Пальто на ней было слегка распахнуто, шарф развевался на ветру, словно пёстрый флаг, но она, казалось, совсем не чувствовала холода. — Наконец-то! Мы вас просто заждались!

Женщина порывисто расцеловала их обоих, а затем, схватив Александру за руку, ласково потянула к дому:

— Идёмте скорее, вы, наверное, совсем замёрзли! Виктор уже волнуется — всё поглядывает на часы. Да и гости заждались: все так хотят с вами познакомиться!

Родители Сергея, Надежда Юрьевна и Виктор Сергеевич, жили в большом загородном доме — светлом, основательном, будто сошедшем со страниц старинной сказки. Этот дом Сергей подарил им, когда заработал первые серьёзные деньги. Он долго мечтал сделать что-то по-настоящему значимое для родителей — и, едва появилась возможность, первым делом подумал о них, а уже потом купил квартиру себе.

Дом был построен из светлого камня, с широкими окнами, пропускавшими много света, и массивной дубовой дверью, отполированной до тёплого блеска. В нём было два этажа и множество комнат: просторная гостиная с камином, где по вечерам плясали золотистые отблески огня; столовая с большим овальным столом, за которым могла разместиться вся семья; кабинет Виктора Сергеевича, пропитанный запахом старых книг и дерева; и несколько гостевых спален, готовых принять дорогих гостей.

Внутри Надежда Юрьевна обставила всё сама — с любовью и вниманием к каждой мелочи. На стенах висели семейные фотографии в деревянных рамках, словно застывшие мгновения счастья; на полках стояли фарфоровые статуэтки, привезённые из разных поездок, — маленькие хранители воспоминаний; на окнах красовались кружевные занавески, пропускавшие мягкий рассеянный свет. Она создала здесь настоящий уют — такой, что каждый, кто переступал порог, сразу чувствовал тепло и заботу, словно попадал в объятия родного дома.