Книга (не) Суррогатная мама, страница 40 – Злата Тур

— Нет, не посчитал нужным, — губы Алика непроизвольно вытянулись в тонкую презрительную ниточку. — Не больно-то и надо! Но я его и так узнал. С Подгорским одно лицо.

— Надеюсь, ты ему ничего не сказал? — затаив дыхание, задаю самый главный вопрос.

— Не сказал. Но знаешь, я что подумал. Мне кажется, он еще появится. Может, все-таки ему открыть глаза, что у него уже есть наследник. Пусть обеспечит нормальную жизнь ребенку. Квартиру купит, в хороший садик устроит. Может, хватит в гордячку играть?

— А может, ты вспомнишь, что я тебе говорила? Я не хочу никаких контактов с Подгорским! От слова совсем!

— Но ты же опять вляпалась? Как можно было заранее не узнать, с кем заключаешь контракт?! Вот в этом ты вся! Говоришь одно, а делаешь другое! Или ты специально из всех выбрала его?! Тебе понравилось от него рожать? Так он опять не придет с цветами и подарками к роддому.

— Тебе что, деликатесы в голову ударили?! Что ты несешь?

— Правду несу. Иначе я не понимаю, почему ты не хочешь стребовать с него денег? Или они у нас лишние?

Я почувствовала себя пороховой бочкой, к которой неумолимо приближается огонек. Сказать сейчас, что нет никаких «нас»? И я, сцепив зубы, просто терплю еще эти чертовы девять месяцев? Или не доводить до истерики на ночь глядя?

— Максим Михайлович! — Ирочка, моя скромная секретарша, робко просунула свой хорошенький носик в дверь. — Михаил Степанович просил передать, что ждет вас через час у себя.

Я хмыкнул. Ну да! Ну да! Прямо таки и просил… Он никогда ничего не просит. Или забирает сам, или ему приносят на блюдечке с голубой каемочкой. Привычная глухая злость поднялась со дна души. Мое отношение к деду было неоднозначным. Безусловно, я им гордился и по-своему любил. Он для меня эталон. И, несмотря на мои успехи и достижения, я чувствовал себя по сравнению с ним щенком. Я мечтал когда-нибудь дождаться от него похвалы или хотя бы одобрения. И это было бы равнозначно Оскару. Но его абсолютное нежелание считаться с чувствами других делало его настоящим Кощеем Бессмертным, который чахнет над своим золотом.

Я тоже не одуванчик, и считаю, что в бизнесе слабакам места нет. Могу выставить драконовские условия и не моргнуть глазом. Но все равно мы с дедом разные. И никогда не угадаешь, что взбредет ему в голову.

И ведь не угадал. Причем, настолько, что чуть рот не открыл.

— Кто владеет миром? — вместо приветствия озвучил он только что придуманный пароль. И я, как всегда, должен был ответить в тему. Часто это были афоризмы, которых я и не слышал, и приходилось «попадать в струю» наугад. Сейчас же ответ был очевиден.

— Тот, кто владеет информацией.

— Я владею информацией. Так вот, я узнал, что за хрень вы со Стеллкой задумали. Ладно, у нее мозг птички-колибри! Но ты?! О чем ты думал?

— О том, чему ты учил. Для достижения цели все средства хороши, — я флегматично пожал плечами. За последнее время я столько об этом думал, что выжал из этой мысли все эмоции. Оставил только сухой факт. И меня дедова буря уже не волновала. — Что тебя так озадачило? Мы всего лишь выполняем условия договора. Ребенок, рожденный суррогатной матерью, является ребенком его генетических родителей и наследует от них все.

Сидевший за своим массивным дубовым столом предводитель клана Подгорских метнул в меня, словно молот, свой тяжелый взгляд. Ну, я и сам так умею. Однако процесс запугивания этим не ограничился. Карандаш с логотипом фирмы и мотивирующим слоганом жалобно хрустнул в сильных пальцах деда.