Книга (не) Суррогатная мама, страница 104 – Злата Тур

Глаза Старицкой загадочно блестели. Было видно, что она едва удерживает на языке еще какую — то новость, но поделиться очень хочет.

Мы не так долго общаемся с ней, но я прекрасно ее чувствую.

— И вы чего-то недоговариваете? — улыбнулась я, желая облегчить задачу хозяйке.

На ухоженном лице Старицкой появился самый настоящий румянец. Я — то думала, что в таком возрасте девушки уже не краснеют чисто из-за физиологии. Но нет, видать что-то ее волновало так, что она помолодела на много лет.

— Ты только не смейся. Я понимаю, что уже не звезда. Со мной считаются, прислушиваются к мнению. Но как к матроне. А сейчас …, - она замолчала и кинула на меня взгляд, полный какой-то детской радости. — Мне предложили спеть! Понимаешь, я как только ушла со сцены, перестала петь. Даже для себя. Просто перешагнула этот этап жизни. Нужно уметь принимать потери достойно. И начинать по-новой. Находить новые ценности, новые ориентиры. Я стала светской дамой. А сейчас … понятно, что арию я не осилю, но романс вполне. Представляешь, как костюмеров сейчас завалили работой?! Обычные портные вряд ли справятся. Я закажу платье Екатерины Великой. А ты будешь моей фрейлиной.

— Я? — от волнения у меня пересохло горло.

— А как императрица без сопровождения будет? И даже берем Мишку. Думаю, костюм пажа можно взять напрокат. Только хорошенько его продезинфицируешь.

От услышанного я чуть не потеряла дар речи. На свинцовом небе моих невзгод открылось окошко с кусочком лазурного неба. Маленькое, но оно так ярко сияло лазурью, что впервые с момента отъезда Макса мне стало легко на душе.

Я не отвечала на его смс-ки. Но украдкой перечитывала ежевечерние, наматывающие нервы на раскаленные спицы тоски, пожелания спокойной ночи нам обоим и сообщения лично Мишке.

Сначала я хотела не передавать их, но сын поражал меня своей проницательностью.

— Мам, а Макс же тебе пишет? Он просто не может не писать! — прижал меня к стенке вопросами. Врать ребенку я не буду. Тем более, я смирилась, что в жизни Мишки он будет.

— Передает тебе привет и обещает свозить на рыбалку.

— А тебя? — фирменные бровки семейства Подгорских поднимаются подозрительным домиком.

— И меня. — Обреченно вздыхаю. Я поеду с ними, потому что еще не готова отпустить Мишку одного. Выдержу эту боль — находиться в вблизи любимого и одновременно чужого мужчины. И не поддаться его магнетической притягательности. Но это точно нет. Ни за что. Пусть у Мишки будет папа. Точка.

А я буду думать о получении диплома и построении карьеры. Пух!

Однако моим планам суждено было подвергнуться жесткой корректировке..

А пока все силы были брошены на подготовку к балу. Заказ стилиста, примерки платьев, распевка Вилены. Удивительно, но это мероприятие будто готовило нам сказку. Мне первая в жизни возможность попасть на мероприятие такого уровня. Причем главное в нем не обилие звезд и дорогой еды, а именно атрибутика. Шанс погрузиться в благородную эпоху, ощутить ее волшебную атмосферу. Практически попасть в сказку. А Старицкой — прямо каламбур — тряхнуть стариной. Ну и Мишке — море впечатлений.

И вот настало время торжества. Как настоящая камеристка я натягивала многокилограммовое платье на сегодняшнюю императрицу, застегивая бесчисленные крючочки. Она настояла, чтобы платье было не стилизованным — на резинках, а именно с соблюдением всех тонкостей.