Книга Елена в лабиринте, страница 42 – Анна Пожарская

— Умру, если не возьму тебя прямо сейчас, — сообщил вполголоса и почти впечатал гостью спиной в стену.

Со спокойной настойчивостью продолжил поцелуи. Лена обняла его и прикрыла глаза. Появилось стойкое ощущение, что они просто не дойдут до кровати.

Хотелось рычать. Одежда раздражала, мешала добраться до теплой кожи и почувствовать настоящую близость. Непослушными пальцами Лена пыталась сладить с пуговицами рубашки Ефима, пока тот беззастенчиво оглаживал ее ягодицы и путешествовал губами по шее. Не заметила, когда лишилась пиджака и брюк, и чуть не задохнулась, когда мужчина справился с блузкой и занялся грудью. Кажется, никогда не жаждала никого больше. Не стала сдерживать стон. Откинула голову и позволила Ефиму творить что вздумается.

Все-таки добрались до кровати. Не сразу, но кавалер подхватил ее под бедра и понес в нужную сторону. Почувствовав опору, Лена взяла инициативу в свои руки. Пару минут спустя мужчина лежал на спине, смотрел в ее глаза и, похоже, тоже пытался сохранить остатки разума в накатывающем безумии.

— Я умру в любом случае, — хрипло сообщил он, когда Лена в очередной раз подалась бедрами назад, плотнее насаживаясь на его член. — Или от желания, или от эйфории.

— Постарайся пожить подольше, — она облизнула пересохшие губы. — У меня большие планы.

Наклонилась и коснулась его рта поцелуем. Ефим протяжно застонал. Лена снова качнула бедрами и окончательно перестала контролировать происходящее. Охнула и прикрыла глаза. Если провидение выдало ей этого мужчину как компенсацию за потерянное время с Дмитрием, она согласна на обмен. С ней давно не случалось такой крышесносной интрижки.

* * *

Попала домой в четверг вечером. Оставила кавалера, чтобы пополдничать с отцом, а после встречи отправилась к себе. В пятницу собиралась в офис беседовать с Кнесичем: для эффективных словесных перепалок не мешало бы выспаться, а рядом с Ефимом ничего бы не вышло. Мужчина неохотно выпустил ее из своих объятий, но спорить не стал, удовольствовался договоренностью встретиться сразу после беседы с боссом.

Заснула в полдесятого. В ночь со среды на четверг почти не сомкнула глаз, и к вечеру напоминала себе зомби на вылазке. Ефим позвонил ближе к одиннадцати, но Лена буркнула что-то похожее на: «я уже сплю» и положила трубку.

Проснулась после третьего будильника. Потянулась — все-таки приятно было ночевать в своей постели — и принялась за сборы. Настраивалась содрать с Кнесича и компании как можно больше.

Уже по пути заметила сообщение от Ефима:

«Привет, блондиночка! Есть пожелания к культурной программе? Если есть пожелания к бесстыдной, тоже не молчи. Я лично хочу поцеловать тебя. Везде. Много-много раз. Скучаю страшно».

Лена усмехнулась и мысленно обняла кавалера. Она тоже успела соскучиться.

«Пожеланий нет. Все на твой вкус. Целую», — набрала ответ и отправила.

Вдохнула поглубже, сосредотачиваясь на переговорах. Напомнила себе, что у Александровых мертвая деловая хватка. Раз уж все так любят вспоминать ее отца, не грех и ей вспомнить девичью фамилию.

Была в приемной без пяти десять. Майя, одарив ее секретарской улыбкой, сразу пригласила в кабинет босса.

Соломон Николаевич сидел за столом и не пожелал подняться с места, чтобы приветствовать сотрудницу. Кивнул и вернулся к бумагам. Даже сесть не предложил. Лена не стала стесняться: поздоровалась и устроилась на стул в двух шагах от стола босса. Навесила дежурную улыбку и уставилась на левое ухо мужчины. Не знала наверняка, в чем дело, но господин Кнесич отчего-то нервничал, когда собеседник задерживал там взгляд.