Книга Амнезия. Играя без правил, страница 44 – Сэлли Собер

Аделина замирает на краю бассейна, смотрит на меня — долго, внимательно, будто взвешивает каждое возможное "да" и "нет".

— А если я скажу "нет", — начинает тихо, — это что-то изменит?

Её вопрос ударяет прямо в грудь. Я откладываю второе полотенце, которое собирался накинуть на себя, и делаю шаг ближе. Не вплотную — оставляю ей пространство, чтобы чувствовала: выбор действительно за ней.

— Изменит, — отвечаю честно. — Для меня — точно изменит. Я не хочу, чтобы этот вечер просто закончился. Хочу проснуться рядом с тобой. Увидеть, как ты откроешь глаза, улыбнёшься… Хочу завтрашний день начать с тебя.

Она чуть опускает ресницы, прячет взгляд, но я успеваю заметить, как в уголках губ прячется улыбка.

— Звучит… опасно, — шепчет мышка.

— Не опасно, — качаю головой. — Безопасно. На этот раз по-настоящему. Никаких игр. Никаких скрытых планов. Просто ты и я. И ночь, которая может стать началом чего-то нового.

Аделина поднимает глаза. В них больше нет настороженности — только лёгкая тревога и… надежда? Она делает глубокий вдох, будто набирается смелости, и кивает.

— Хорошо, — говорит. — Я останусь.

Внутри всё вспыхивает. Но я не бросаюсь её обнимать, не пытаюсь снова затянуть в поцелуй. Вместо этого аккуратно поправляю полотенце на её плечах, провожу пальцем вдоль скулы.

Переплетаю наши пальцы и чувствую себя как влюблённый мальчишка. Идиот, готовый танцевать от одного её взгляда. Я поймал себя на мысли, что мне стало плевать. Плевать на проект, на Лукина, и, чёрт, даже на смерть своего отца. Мне стало плевать, потому что играть с ней было гораздо интереснее. Но жить... Жить, а не играть — вообще сбивает с ног.

Поднимаемся на второй этаж, минуем дверь в её комнату и входим в мою.

Комната встречает нас приглушённым светом ночника — тёплое, янтарное свечение разливается по пространству, очерчивая контуры мебели, ложась мягкими бликами на деревянный пол. В воздухе витает едва уловимый аромат кедра и сандала — мои привычные духи, но сейчас они словно смешиваются с её запахом: лавандой, солью бассейна и чем-то неуловимо женским.

— Схожу в душ. Но сначала нужно вернуться в комнату за ночнушкой. — Пожимает плечами.

Я же подхожу к своему шкафу, достаю одну из футболок и протягиваю ей.

— И я пойду с тобой. — Не вопрос. Утверждение. — Если ты не против. — Добавляю чуть мягче.

Она ничего не отвечает, лишь улыбается и направляется в сторону моей ванной. Шагаю следом, как хвостик.

Закрываю дверь, но оставляю небольшую щель — будто символический жест: у неё всё ещё есть пространство для манёвра.

Аделина снимает полотенце, аккуратно складывает на стул у стены, остаётся в мокром купальнике. Я отворачиваюсь, давая ей минуту приватности, и начинаю настраивать воду — проверяю температуру, регулирую напор.

— Помоги? — Просит, смотря на меня через плечо.

От её просьбы спина покрывается мурашками. И пусть мы только час назад занимались сексом, я реагирую на неё так, будто бы ещё ни разу не пробовал.

Кровь быстрее бежит по венам, дыхание сбивается, а в груди разрастается жар — такой знакомый и в то же время совершенно новый.

Медленно поворачиваюсь к ней. Она стоит, чуть склонив голову, капли воды стекают по плечам, собираются в ложбинке на спине. Взгляд — открытый, доверчивый.