Книга Амнезия. Играя без правил, страница 26 – Сэлли Собер

— У нас приказ, — хрипло бросает он. — Взять и доставить. Никаких "через пять минут".

Второй, повыше и поуже в плечах, обходит меня сбоку, отрезая путь к окну. Глупо было бы пытаться выпрыгнуть — второй этаж, не выживу. Или как минимум переломаю ноги. Да и не в побеге сейчас сила.

Улыбаюсь — холодно, почти насмешливо.

— Значит, так, — говорю чётко, глядя прямо в глаза коренастому. — Либо вы даёте мне пять минут привести себя в порядок, либо я кричу так, что сбежится весь дом. И тогда Влас узнает, что вы не смогли справиться с одной девушкой без лишнего шума.

Коренастый хмурится, переглядывается с напарником. Вижу, как в его глазах мелькает сомнение. Правильно. Влас ценит тишину и контроль.

— Две минуты, — наконец цедит мужик.

Киваю.

— Договорились.

Как только они отступают на шаг, делаю быстрый шаг к шкафу. Открываю дверцу, выбирая что взять.

Вынимаю простую чёрную юбку и блузку, бросаю на кровать.

— Можете отвернуться, — бросаю через плечо. — Или предпочитаете смотреть?

Коренастый рычит что-то неразборчивое, но оба всё-таки поворачиваются спиной.

Быстро переодеваюсь, застёгиваю пуговицы. Провожу рукой по волосам, приглаживая пряди. Спокойствие. Уверенность. Ни тени страха.

— Я готова, — говорю громко.

Здоровый кивает напарнику. Тот подходит ближе, явно готовясь взять меня под локоть. Но я отстраняюсь.

— Я пойду сама, — твёрдо произношу. — Ведите.

Мы спускаемся по лестнице. Внизу, в малой столовой, уже стоит Влас. Опирается на столешницу, скрестив руки на груди. Взгляд — тяжёлый, изучающий.

Улыбаюсь ему — той самой улыбкой, которую репетировала перед зеркалом. Холодной, непроницаемой.

— Бунт на корабле?

— Бунт? — переспрашиваю мягко. — Нет, Влас. Просто решила, что ужин в твоей компании — не лучшая идея.

Его губы дёргаются в намёке на усмешку.

— Забавно, — произносит с сарказмом. — А я думал, ты просто боишься меня.

Делаю ещё шаг вперёд, останавливаюсь в паре шагов от него. Смотрю прямо в глаза — без вызова, но и без покорности.

— Боюсь? — повторяю тихо. — Страх — это реакция на неизвестность. А я уже достаточно хорошо тебя изучила, Влас.

Он чуть приподнимает бровь, явно заинтригован.

— Изучила, значит? — переспрашивает, чуть наклоняя голову. — И что же ты изучила?

— Я не раскрываю своих секретов, Добрынин.

Он молчит несколько секунд, изучает меня, будто впервые видит.

— Хорошо. — Хлопает в ладоши два раза, будто доволен моим представлением. — Садись. Ешь.

— Я не буду есть. Я не голодна. — Вскидываю подбородок.

Влас медленно обходит стол, останавливается напротив. Теперь он выше меня на целую голову — и использует это, нависая, давя присутствием. Но я не отступаю. Не опускаю глаз.

— Не голодна? — переспрашивает тихо, почти шёпотом. — Но ты поешь. Сама или я тебя заставлю.

— Я сказала, что не буду, — отчеканиваю, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Влас не реагирует на мой вызов так, как я ожидала. Он не кричит и не злится. Вместо этого его губы трогает холодная, едва заметная усмешка. Он делает шаг ближе, нарушая мое личное пространство, и прежде чем я успеваю отпрянуть, его пальцы — крепкие, теплые, властные — обхватывают мои запястья.

— Ты слишком много говоришь для того, кто обещал хранить секреты, — шепчет, и этот шепот вибрирует где-то под ребрами.