Книга Девочка-мечта, страница 104 – Даша Коэн

— Ты реально не святой.

— Это не повод вести себя как…как…слушай, я не хочу говорить о ней гадости. Я хочу просто быть выше всего этого. Пусть стажируется и на хрен валит из моего отдела. Это все, что я реально от нее хочу.

— И все? Ты уверен?

— Уверен, – процедил я, а сам прикрыл глаза, вспоминая о том, какая она была охренительная на сегодняшнем мероприятии. Просто кукла, с которой хотелось играть часами, загибая ее в три погибели на шелковых простынях.

Боже, о чем я думаю вообще?

— Кстати, как твои отношения с Эйхман? – услужливо выдернула меня из водоворота опасных мыслей Танька, – В прошлую нашу встречу она еще была мамашей, а до этого кукушкой. Что, можно сделать вывод, что между вами наметился какой-то прогресс в отношениях?

— Ага, наметился, – насупился я, – просто заочно с дедом познакомился…

И мысленно просел в воспоминаниях, невольно отвлекаясь от желчных мыслей про Арину и ее кривые выгибоны. Уж лучше так…

Третий курс. Я гол как сокол. Зато регулярно трусь в офисе Толмацкого, пытаясь все курсовые писать в струе будущего работодателя. Тут-то в архивах и наткнулся я впервые на Александра Русина, на тот момент молодого и амбициозного исполнительного директора одной из дочек «Голд-Корпа». И можно так сказать, что я в тот момент удачно попал под руку.

Меня просто дернули донести какие-то талмуды, а потом я завис, захваченный бурным обсуждением анализа рынка одной горнодобывающей компании. Меня никто не гнал, может, потому что видели пропуск, а может, потому что я из себя ничего не представлял значимого. Черт его знает. Но уже спустя полчаса я сидел рядом с ребятами и занимался рутиной, на которую у тех не было времени.

Но и то мне было в кайф.

По окончании проекта сам Толмацкий попросил того же Русина пригреть меня и взять на текучку в новый проект, который еще только обещал стать перспективным. Я занимался по большому счету лабудой, скажу вам честно, но слушал и впитывал все, что происходило вокруг меня, а именно развитие проекта по добыче металлов платиновой группы в Африке. Вслед за ним последовал проект по добыче никеля в России, а потом и в Азии.

На следующий проект Русин ангажировал меня уже сам, причем настоятельно с походом к самому Толмацкому. Как итог, последние полгода в институте я де-факто не учился. Изредка ходил на консультации по дипломнику, но на это все. Выходные перезагружал мозги в клубе вышибалой, остальное же время я практически полностью тратил на Дальний Восток, где мы большой командой вели разработку сектора добычи твердых полезных ископаемых.

Здесь и был мой звездный час, как многие бы сказали.

Я писал диплом, был зациклен на работе с проектом и почти круглосуточно крутил в голове цифры, чувствуя, что меня что-то беспокоит. Я не понимал в чем дело. Может то была паранойя. А может то, что Толмацкий собирался вложить в то дело инвестиций свыше чем на восемьсот миллионов долларов. Черт его знает. Но для меня это были безумные, какие-то совершенно непостижимые на тот момент бабки и спустить их в унитаз совершенно не хотелось. Но где был я, а где большой бизнес, правда?

Но, когда сделка была уже почти на мази, а долгосрочные договоры вот-вот уже подписали бы, у меня в мозгах что-то щелкнуло. И я начал рыть там, где никто и никогда не рыл, да и даже не думал этого делать.