Книга Любовница. По осколкам чувств, страница 153 – Даша Коэн

А я была не в силах наступить себе на горло. Не в силах!

— Хорошо, я вызову такси, — снова схватилась я за телефон.

— Угомонись! — вдруг рявкнул на меня Шахов, и я тут же вздрогнула, в нерешительности скашивая на него глаза.

— Я…

— Ты сейчас же выйдешь из этой машины и поднимешься наверх, а потом примешь горячий душ и выпьешь чашку чая с мёдом. Поняла меня? И больше никакого деструктива до утра, а там хоть кол на голове теши. Чего ты шарахаешься от меня? Я что маньяк? Я помочь тебе хочу, а ты ведешь себя, как…

Как дура? Как истеричка?Да, согласна.

Но мы всё равно смотрим друг на друга, словно два дуэлянта, пока в моих руках не начинает возиться котёнок, подавая свой тоненький голосок. Скорее всего, он точно так же, как и я, оголодал и устал.

— Что там? — кивком указала я наверх.

— Просто квартира.

— М-м…, — неожиданно, от принятого решения, меня снова всю затрясло и сердце так отчаянно забилось в груди, что в глазах зарябило, — ладно, но только до утра.

Откровенный расчленяющий взгляд коршуна неожиданно поплыл и расслабился. На губах Шахова появилась кривая, какая-то даже мальчишеская улыбка, но тут же растворилась словно дым, когда он кивнул мне и покинул салон автомобиля. Всего пара мгновений, и я следую за ним, оглядываясь по сторонам и в шоке тараща глаза. Вокруг сплошные Ламбы, Ферро и прочие дорогие игрушки. Боже, я очутилась в какой-то обители состоятельных расточителей!

Пока вертела головой, не заметила ливнёвку и попала в неё каблуком, а затем выдрала его из туфли с мясом, резко дёргая ногой, чтобы высвободиться из западни.

— Бог ты мой, они стоили целое состояние! — запричитала я тут же, рассматривая изуродованную лодочку.

Но Данил никак на это не отреагировал, только подхватил меня на руки вместе с котёнком и молча пошагал дальше, забивая здоровенный болт на то, что оторванный каблук так и остался торчать из решётки слива.

— Может, отпустишь? Я могу идти, — осторожно попросила я, но Шахов только прижал меня к себе посильнее и пробурчал.

— Да помолчи ты уже…

И он следует дальше, пока я, незаметно даже для самой себя, тяну носом в миллиметре от его шеи. М-м, чертов бергамот и ваниль! Внизу живота тут же взрываются петарды, а рот наполняется слюной. Мать моя женщина, я так хочу провести языком по его коже, чуть прикусить, а затем подуть, наблюдая за тем, как он будет жмуриться от удовольствия.

Я спятила!

Совершенно не замечаю, как входим в лифт, но там воздух между нами неожиданно сгущается, дышать становится тяжело и микротоки начинают медленно курсировать по телу, когда я замечаю голодный, мужской взгляд, сконцентрированный на моих губах.

— Данил, — хриплю, когда он всё-таки чуть подаётся ко мне.

Тяжело сглатывает и трясёт головой, словно обдолбанный какой-то знатной дурью, но глаз своих не отрывает.

— Я не трогаю, просто… хочу.

Меня от последнего слова, сказанного так страстно и на выдохе, прицельно лупит молнией прямо между ног. От силы этого удара я чуть приоткрываю рот и набираю полные лёгкие воздуха, но это мало помогает справиться с той бурей, что развернулась внутри меня.

Господи, надо срочно включить мозги! Даже если они уже успели растечься жалкой, непрезентабельной лужицей от его близости.

Давай, Лера, приди в себя!

Лера

Отворачиваюсь и облизываюсь, чувствуя, что горло мгновенно пересохло. А затем выпаливаю первый пришедший в голову вопрос: