Книга Нокаут, страница 82 – Элианна Рив

Выйдя из подъезда, я поняла, насколько глубоко задели меня несправедливые обвинения и колкости пожилой дамы. На глаза навернулись слёзы, в горле застыл ком. Обида настолько разрывала меня изнутри, что я ощущала реальную боль, которую ничем нельзя было заглушить. Слёзы перешли в рыдания, тело охватила противная дрожь. «Меня никогда раньше не называли девушкой лёгкого поведения!» – с горечью думала я, вспоминая взгляд бабушки Антона, полный ненависти и презрения.

Я шла по улице, пошатываясь на дрожащих ногах, и пыталась собраться с мыслями. Но боль внутри росла, не давая успокоиться. Сердце бешено билось, желудок сводило судорогой, голова гудела от переживаний, а внутренний голос повторял лишь одно: «Что я сделала неправильно?» Всё произошедшее оставляло горький осадок, погружая меня в пучину тревоги и неопределённости. А впереди была долгая дорога домой под проливным дождём, заставлявшим моё тело дрожать не только от рыданий, но и от холода.

Открыв дверь ключом, я вошла в прихожую. Скинула сапоги и сумку и отправилась сразу в душ. Иры не было дома, скорее всего, она пропадала на свидании с каким-нибудь парнем из чата знакомств. После ванны я забралась под одеяло и, включив на компьютере свой любимый сериал, уснула чуть ли не на первых минутах фильма.

Когда я проснулся, Ульяны рядом не оказалось. Я провёл рукой по холодной простыне и взглянул на часы: пять утра. Иногда я настолько устаю, что меня не разбудит даже танк. Последние дни были особенно тяжёлыми, и я почти двое суток не спал. В четверг я работал в баре, в пятницу был бой, а ночью впервые провёл время с любимой девушкой. Воспоминания о близости с ней вызвали во мне прилив возбуждения. Я встал с кровати и протёр глаза. Из кухни в коридор падал мягкий свет – наверное, Ульяна пила чай. Но каково было моё удивление, когда вместо неё я увидел бабушку.

— А ты как здесь? – растерянно спросил я.

— Поездом, – ответила она с раздражением.

— Ясно, но… Где Ульяна? – непонимающе уставился я на бабушку.

— Если ты не прекратишь приводить в мой дом своих женщин, я не перепишу квартиру на тебя, – заявила она и сердито поджала губы.

— Ба! Прекрати! Я серьёзно, где она? – Я был в шоке.

— Ты хоть понимаешь, кого ты привёл в мой дом? – Бабушка от возмущения покраснела.

— У нас с ней серьёзные отношения, и я ни разу не приводил сюда никого другого, – попытался оправдаться я.

— В прошлом году одна уже ходила сюда, пороги отбивала. А им, этим девкам, между прочим, квартира нужна, а не ты. – Бабушка сложила руки на груди и села в своё кресло.

— Ты слишком зациклена на квартире! – не сдержался я. – И Ульяна не могла приходить сюда раньше, ты ошибаешься! Мы начали встречаться совсем недавно. Она мне дорога. Не говори, что ты её обидела… – Я сел рядом с бабушкой. Она заметно похорошела: видимо, лечение в санатории дало свои плоды, но сейчас её лицо искажала злоба, и я попытался смягчить ситуацию: – Бабушка, пожалуйста…

— Ну что «пожалуйста»? – непримиримо произнесла она. – Я уже сказала, что выгнала её.

— Я никогда больше не приведу сюда никого. – Я произнёс это с отчаянием. Внутри меня бушевал гнев, и мне нужно было срочно выйти на улицу, чтобы успокоиться.

— Ой, хватит. Растопырился как петух. Приведёшь хорошую девочку, и я буду довольна. А теперь иди, обниму тебя, – улыбнулась бабушка.