Книга Любовь не предусмотрена, страница 90 – Виктория Рогозина

Самюэль усмехнулся и взял в руки бокал.

— Весь ты в меня, — сказал он, не без гордости. — Упрямый, неудержимый и… не прощающий ошибок.

— Только когда речь о ком-то важном, — ответил Лекс и посмотрел на отца. — Очень важном.

Смартфон на кофейном столике коротко вибрировал и мигнул подсветкой экрана. Лекс мгновенно схватил его и прочитал пришедшее сообщение. На лице мелькнула хищная усмешка.

— Возможно, кто-то сегодня всё-таки избежит увольнения, — бросил он, вставая с кресла.

Рихтен поднял бровь, Самюэль только кивнул, а Уолтер с облегчением выдохнул, будто лично спасся от расправы.

Лекс уже был в коридоре, когда позади раздался голос отца:

— Будь осторожен.

Ответа не последовало — Лекс уже выскользнул за дверь.

Машина рванула со стоянки с таким рывком, что Уолтер, глянув в окно, только качнул головой. Шейдон ехал быстро, агрессивно, резко ввинчивался в повороты и не снижал скорость даже на лежачих полицейских. Сердце билось с раздражающей отчётливостью, как будто тело заранее чувствовало, что он близко.

Нужная улица нашлась быстро. Гостиница выглядела точно так, как сообщил отдел — невзрачная, на грани пристойности, фасад облупился, лампа над входом мигала, как в дешёвом фильме ужасов. Не больше трёх звёзд, и то с натяжкой. Лекс припарковался у входа, вышел и быстро пересёк вестибюль.

Подойдя к стойке регистрации, он спросил ровным голосом:

— Девушка по имени Лера Гордеева останавливалась у вас?

Администратор, молодая женщина с уставшими глазами и бейджиком «Вера», постучала по клавишам и покачала головой:

— Нет, такой у нас не зарегистрировано.

Лекс прищурился. Он знал Леру. Та вполне могла заселиться под вымышленным именем. Он достал из внутреннего кармана несколько крупных купюр и выложил их на стойку. Затем повернул к женщине экран телефона, где была фотография Леры с их поездки в Тенерифе.

Глаза у Веры загорелись, а лицо расплылось в улыбке:

— А, так вы про неё! Да, конечно, она здесь, только зарегистрировалась под именем Ларисы Геннадьевны. Комната 3-В, третий этаж.

Лекс без слов отдал деньги, забрал с протянутой руки ключ-карту и повернулся к лестнице. Лифт ждать он не стал — слишком долго. Поднимаясь по лестнице, он ощущал, как в груди нарастает странное, тяжёлое напряжение. Предвкушение встречи боролось с тревогой. Что он скажет, когда увидит её? Что она скажет ему?

Третий этаж. Коридор. Таблички с номерами. 3-В. Лекс замер на секунду, положив ладонь на дверную панель. Глубоко вдохнул. Потом приложил ключ-карту и нажал на ручку. Дверь поддалась.

Лера медленно приходила в себя, как будто выныривала из мутной глубины. Голова была тяжёлой, тело не слушалось. Она попыталась поднять руку — и тут же поняла, что не может: запястья были крепко связаны. Грубая верёвка врезалась в кожу. Она сидела на жёстком стуле в темной комнате, где тусклая лампочка под потолком мерцала и потрескивала.

В соседней комнате слышались голоса. Раздражённые, громкие. Лера узнала их сразу.

— Надо с ней что-то делать! — злобно шипела Алеся. — Пока она не вернулась в жизнь Лекса. Пока он не нашёл её. Мы ещё можем всё вернуть!

— Ты в своём уме? — огрызнулся Адам, голос дрожал от напряжения. — Это похищение!

— Ты потерял бизнес, семью, наследство! — истерично парировала сестра. — А всё из-за неё! Из-за этой правильной, идеальной Лерочки! Она всё время лезет туда, где её не просят! Она всегда была помехой!