Книга Я не прощу 2, страница 25 – Юлия Бузакина

Чувствуя себя полной дурой, оттого что я одна была в неведении, выдаю информацию:

— Она ко мне сегодня приходила!

— Ничего себе! И чего она хотела?

— Проще сказать, кого она хотела!

— Оль, ты только не переживай! У них была маленькая интрижка, когда Олега от дела отстранили, помнишь? — сбивчиво оправдывается Маргарита. — А потом он как-то резко к ней перегорел и к тебе потянулся. И все. Она растворилась в закате. Укатила, по-моему, в столицу, жизнь новую строить. Больше мы про нее ничего не слышали…

Несколько мгновений Маргоша молчит, потом с любопытством закидывает удочку:

— А что, прям вот так пришла и потребовала Олега?

— Ага. Весьма огорчилась, когда узнала, что он женат.

Вздыхаю. Понимаю, что придется пересказать Маргарите весь наш диалог с Громовой, а потом еще и информацию от Нади.

В трубке слышится заливистый смех Машеньки.

— Так, я поняла, что дело дрянь, — выдыхает Маргарита. — А давай мы с тобой завтра встретимся и все обсудим? Я Булочку в садик закину и к тебе в офис заскочу. Иначе у меня никогда не получится выработать режим у этого непоседливого ребенка! Только ты, Оль, себя не накручивай! С тех пор, как она умчала в Москву, связь они с Олегом не поддерживали. Тут, скорее, надо решить, как обезопасить себя в настоящем.

— Мам! Мама! — слышу голос Артема из гостиной.

— Давай встретимся в офисе, — киваю торопливо. — Позвони, как закинешь Машу в садик!

Вырубаю телефон, хватаю халат, застегиваю его на ходу и спешу в гостиную, к своему воробышку.

— Что случилось, сынок?

Губы ребенка дрожат от беспомощности.

— Я нечаянно стакан столкнул, когда пытался с дивана встать! А в нем лимонад…

— Сейчас все уберем! — заверяю его. Хватаю с подлокотника полотенце, промокаю растекающуюся лужицу сладкого лимонада. Устало вздыхаю. И что сегодня за день?!

Олег Макаров

В рабочем кабинете у Макарова-старшего повисает тяжелая тишина.

У окна хмурится Виктор Прохоров. Теперь, пять лет спустя, он занимает в отделе должность старшего следователя. Понимает: дело дрянь. Может, и успокоились бы обидчики Оли, если бы дело офисом закончилось, но теперь все усложнилось.

Олег Макаров с досадой смотрит на отца.

— Пап, они ведь в первый раз приходили? — спрашивает сурово.

Отец кивает.

— В первый раз, да. Они… Они Ольгу оскорбили, а я ничем не смог ей помочь. Понимаешь, сын? Я защитить ее не смог!

Он тяжело дышит, в глазах — горечь от собственной беспомощности.

— Конечно, ты не смог! Тебе сколько лет, пап?! А их трое было! Они же боксеры все! — злится Олег.

— Это они от злости, что дело не в их пользу решилось, решили отыграться. Угрожать пришли. Знают ведь, что ты у меня один… Хоть закрывайся, честное слово! С Олей все так нехорошо вышло!

Олег напряженно меряет шагами отцовский кабинет.

Витя недовольно смотрит на друга.

— Олег, я не понимаю: неужели трудно перед Олей вину загладить? Цветы ей принеси, поцелуй. Она же твоя жена! Поймет и простит. Ей по званию положено мужа прощать, даже если он накосячил! Тем более что тебя ввели в заблуждение!

Макаров останавливается. Пропускает мимо ушей колкость Прохорова, смотрит на отца.

— Пап, я прятаться ни от кого не собираюсь. Усилим охрану в офисе. Будем держать руку на пульсе. Еще раз появятся на пороге с угрозами — все будет записано на видео. Сегодняшнюю запись отправим в следственный отдел, пусть уголовный розыск разбирается. Пойдут по сто девятнадцатой статье как миленькие! С Оли с сегодняшнего дня глаз не спускать! А еще лучше, в отпуск ее отправь до конца недели. Пусть из дома работает.