Книга А мы с тобой не чужие, страница 68 – Юлия Бузакина

— Спасибо. Васильки такие красивые. Где ты их раздобыл в раннее утро?

— Какая-то предприимчивая пенсионерка торговала ими прямо у входа в минимаркет.

— Можно, я возьму их с собой в дорогу?

Андрей улыбается.

— Что значит, можно? Нужно, Даша. Попробуем что-нибудь придумать, чтобы поставить их в воду?

Я осторожно кладу букетик на стол, обвиваю Новикова за шею руками.

— Прости, что я все испортила, — шепчу виновато.

— Ты не испортила. У тебя ребенок, и твое волнение понятно.

Его губы скользят по моим губам. Руки приятно ласкают спину и плечи. И мое самодельное платье медленно, но верно соскальзывает на бедра, намекая на продолжение ночного приключения.

— Мы же не опоздаем к регистрации на конференцию? — обхватывая его плечи, волнуюсь я.

— Нет, если не станем задерживаться, — он подталкивает меня обратно в постель. — Но у нас ведь теперь служебный роман? Надо соответствовать новому имиджу…

На миг замираю. Заглядываю ему в глаза.

— Ты не можешь не испортить момент, да, Новиков?

— Я ничего не порчу, Даш. Я привношу нотку пикантности в наши отношения.

Между нами снова искрит, или мне кажется?.. Искрит, еще как. Только… как-то по-новому.

Он накрывает мои губы поцелуем, лишая возможности болтать и уверенно укладывает в подушки.

— Скажи, что не хочешь, и мы поедем дальше прямо сейчас, — шепчет сбивчиво, обжигая жарким дыханием.

— Попробуй отвертеться от новых обязанностей! — я тяну на себя его футболку, вынуждая ее снять. — Служебный роман? Отлично, давай соответствовать. Иначе, Сережа попрется жаловаться ректору, а мы не окунулись во все тяжкие… непорядок…

Андрей ухмыляется. Резко срывает с меня остатки самодельного одеяния и заводит мне руки над головой, не давая увернуться от новых поцелуев. Волна страсти накрывает меня с головой, и все меркнет. Есть только мы с Андреем и наш служебный роман, который перешел на новый уровень, от которого сносит башню у нас двоих.

* * *

…Через полчаса мы спокойно завтракаем остывшими круассанами с творожным сыром и лососем, и запиваем их прохладным кофе. Ничто не напоминает о том стихийном безумии, которое мы творили в постели. Мы полностью одеты и обсуждаем исключительно работу.

Но на столе в маленьком пластиковом стаканчике стоит букет синих-пресиних васильков. Они такие яркие и красивые, что я не могу ими налюбоваться. Этот небольшой букет — символ нашего внезапно вспыхнувшего романа. А еще мои глаза горят тем самым предательским блеском, который невозможно скрыть. Да и Новиков как-то изменился. Стал мягче, что ли?

Спустя еще пятнадцать минут машина несется по трассе в сторону Москвы. Мы молчим. Размышляем каждый о своем, но букетик васильков в пластиковом стаканчике напоминает о том, что теперь все по-новому.

Москва — это что-то потрясающее. Она шумная, яркая, шикарная. Как стеклянная елочная игрушка, купленная в очень дорогом магазине. В ее шике легко потеряться. Мы проживаем в современном мегаполисе, но по сравнению с Москвой у нас глухая деревня.

Перед тем, как заселиться в отель, в котором будет проходить конференция, мы договариваемся, что оставим все, как есть. Я заезжаю в тесный одноместный номер Корнеевой, а Андрею достается улучшенный номер этажом ниже.

Когда мы заходим в отель, холл уже полон кандидатов наук и профессоров. Все же, Всероссийская конференция! Новые постояльцы с дорожными сумками, с чемоданами на колесиках, кто-то парами, кто-то в одиночном плавании. Из нашего института заявлены только мы с Новиковым. А вот южный федеральный не поскупился, отправил нескольких сотрудников, двое из которых знакомы с Новиковым. Один из этих двоих, кажется, даже знает моего отца.